Автопрогулки по белым улицам

4 февраля Москвичи хотят выйти на шествие за честные выборы по Садовому кольцу.
Но мэрия говорит нам, что перекрыть движение на Садовом невозможно.

Что ж, если на Садовом нельзя ходить, тогда мы поедем!
Итак, Москва, в это воскресенье, 29 января, в 14.00 мы выезжаем на автомобилях на Садовое кольцо. Едем спокойно, не торопясь, во втором ряду справа по внутренней стороне Садового кольца.
На вашем автомобиле обязательно должно быть что-нибудь белое - белая лента, белый стикер или просто белый лист бумаги на заднем или боковом стекле.
Если в дополнение на листе бумаги будет написано "Приходите 4 февраля на шествие за честные выборы" или "Все на шествие 4 февраля" или "Я иду на шествие 4 февраля" - будет вообще замечательно.

Мы не нарушаем правил, мы не мешаем движению - мы просто едем, приветствуя единомышленников.
Да, кстати, и не забудьте привести машинку в порядок - ну чтобы и номера, и фары :))
Если же у вас нет машины - срочно звоните друзьям или договаривайтесь с автовладельцами на страничке мероприятий в FB или в Вконтакте.

Но особенно приятно, что не только Москва этой зимой "белит" улицы.
Точно знаем, что питерские автомобилисты собираются на автопробег "БЕЛАЯ ЛЕНТА" 28 января. Сбор участников на проспекте Гагарина напротив СКК в 11 часов. Начало движения в 11.30.
Лозунг Питера на автопробеге: "Не отстоим выборы - получим бензин по 60 рублей!"
Ребята, удачи вам!
И регионы, кто еще? Пишите! lentabelaya@gmail.com

Письмо от Алексея Пичугина

В декабре прошлого года правозащитница Елена Санникова опубликовала в своем блоге на Гранях.Ру заметку под названием "Пишите политзаключенным!". В ней она призвала неравнодушных людей поздравить современных политзеков с Новым годом, "потому что даже малая весточка с воли, слова поздравления и добрые пожелания – это неоценимая поддержка в тюрьме. Массовый поток писем узнику может защитить его от произвола администрации".

Во вторник я получила письмо от Алексея Пичугина - бывший сотрудник "ЮКОСа" благодарит поздравивших его с Новым годом:

«В последние дни ушедшего года получил множество сердечной корреспонденции – открыток, писем и телеграмм. Спасибо всем вам, дорогие, за эту радость, ваши неизменные внимание и поддержку!

Нахожусь под впечатлением ваших строк, слов множества прекрасных людей. Это так приятно, так укрепляет, вселяет дополнительные силы и уверенность в завтрашнем дне!

Тронут и счастлив! Спасибо!

Алексей Пичугин»

Реплика из зала

Я, собственно, про 4 февраля.

Обращаюсь я, разумеется, ко всем, для кого это важно и интересно. Но в первую очередь к тем, кто в эти дни заседает в различных лигах и оргкомитетах, а также к тем, кто ведет переговоры и согласования со столичным начальством и за чьей деятельностью я слежу внимательно, заинтересованно, хотя и слегка тревожно.

Я в общем-то сторонник точки зрения, в соответствии с которой необходимо настойчиво добиваться от властей первоначально заявленных маршрута, даты и времени. В процессе интернетовского голосования на этот счет я оставил свой голос именно на этом варианте. Да, мне кажется это важным. Мне кажется важным отстаивать в числе прочих прав и право свободных горожан на собственные улицы и площади.

Компромисс возможен, да. Но только в том случае, когда ясно осознаны и очерчены его границы и его конечные цели.

Все это важно, но еще важнее другое. Какие бы ни были приняты решения, как бы кто далеко ни заходил в полемическом азарте, как бы ни был велик соблазн обвинить друг друга хоть в "трусливом соглашательстве", хоть в "бараньей упертости", нельзя ни в коем случае допустить одного - раскола.

Если в результате случится так, что одни пойдут туда, другие сюда, а третьи и вовсе останутся дома, это будет настоящая катастрофа. Вот просто нельзя этого допускать и все тут. А уж как это сделать, думайте сами - вы умные ребята. Тут, извините, других вариантов нет - только вместе.

С кем не срать, в кого кидать

Я знаком с одним пожилым человеком. Когда-то он был убежденным коммунистом. Честным коммунистом, с идеалами и принципами. Перестройка как-то естественно привела его в стан демократов. Представляя одну либеральную партию, он даже некоторое время руководил небольшим городком. Я не сомневаюсь, что всю жизнь он хотел "только хорошего" и не желал людям зла. Кроме того, он настоящий мужик: охотник, турист, слегка выпивоха.

Он давно отошел от дел и, встречаясь со мной, обычно расспрашивает "о политике": что там да как. И есть лишь одна тема, приводящая его в неистовое возбуждение и ярость: это когда он слышит о нацболах и Лимонове. Я долго не мог понять причину, его спутанные объяснения казались мне неискренними, пока однажды он не сказал прямо: "Да ведь эти люди хотят меня убить!" Нет, он не маньяк и не имеет с кем-нибудь личных "разборок". Это, конечно, обобщение...

Самое же удивительное для меня, что некоторые мои хорошие друзья помоложе и совсем с другим "бэкграундом" реагируют на эту тему со столь же взрывным негодованием. Я, впрочем, думаю, что здесь кроются какие-то глубоко личные причины, а вовсе не "политика". Что-то задевает и тревожит их при упоминании о нацболах. Может быть, нечто совсем иное. Может быть, собственные дети, которые, как известно, неразумны и которых надобно непременно уберечь от всяческих опасностей, приносимых чужим влиянием. А может, что еще...

Но я не о том хотел сказать. И даже не о том, что нацболов тех продолжают стирать в порошок, что и так станет известно всем и на что далеко не все, как всегда, отреагируют. И не о том, что я никак не пойму такой настойчивости власти в отношении этих ребят. Ну, казалось бы, слегка отпустили вожжи (да-да, иначе что же такое эти разрешенные митинги, прорывы на телевидении, хоть и вялые, но посулы переговоров с оппозицией и т.д.). Но нацболов они зачем-то будут гнобить до последнего вздоха (надеюсь, своего).

Вот как раз об этой власти я и хотел сказать. Может, упомянутый знакомый, как истинный коммунист в душе, со мной и согласится, но большинству друзей, думаю, это не понравится. Я глубоко убежден, что люди с этой властью могут делать все что угодно: не подчиняться указаниям, не платить налогов, кидаться помидорами, жечь милицейские машины и применять насилие.

Я сам не сторонник таких методов, применять их не стану и не буду агитировать за это. И если, скажем, моя дочь решит подпалить ментовской автозак или захватить приемную министерства, я постараюсь объяснить ей, что у нас есть и более эффективные средства. Мозг, например, или душа. Но если убедить не удастся, постараюсь подстраховать ее, чтоб не попалась. Потому что убежден: сегодня люди принципиально имеют на это право. А вот власть не имеет права их преследовать. Потому что она бесчестна, преступна и нелегитимна. Не стану в сотый раз объяснять почему: если кто в этом не убедился сам, вряд ли что поможет. Этими качествами власть обладать не может, не имеет права. Потому что это несравнимо опаснее для общества, чем отдельный частный вор, лжец и убийца.

И до тех пор пока она у нас такая, я буду безусловно поддерживать и группу "Война", и нацболов, и любого, кто захочет "сделать ей нехорошо" и с кем я далеко не во всем согласен в других вопросах. И националистов буду (если, конечно, они "делают нехорошо" власти, а не своим согражданам). А вот "срать не сяду" с тем, кто мне лично несимпатичен, уже потом. Не сяду за дружеским столом, в веселой компании. А кое-кому скажу: "Ты, братец, дурак, и за то, что ты порой несешь можно друга лишиться, а то и по морде получить." Потом скажу, в личной форме. Или в "Грани" напишу, если несимпатичный мне такую же опасность начнет приобретать, как эта власть. Но пока она покруче всех будет.

Русская сказка и "кандидаты от народа"

Забракует ли ЦИК более 5% подписей избирателей из более двух миллионов отданных за «кандидатов от народа»: Явлинского, Прохорова, Мезенцева? С 19 января дня начался отсчет времени десятидневной процедуры ЦИК за закрытыми дверями - изучения подлинности. Безусловно, придраться можно к чему угодно: избирателю, заполняющему бланк в «полевых условиях» русской зимы, не до каллиграфии. Да и времени на то, чтобы ждать выводящего буквы избирателя, у сборщиков подписей нет: два миллиона за двадцать дней – это рекорд! Кандидат в президенты от народа оказывается в положении героя русской народной сказки: как Иван-царевич он должен сделать невозможное возможным, чтобы победить зло. В сказках побеждает добро, но есть ли в жизни у «народных» кандидатов шанс на победу?

Безусловно, допуск кандидатов до соревнования в таких условиях не технический, не процессуальный, а политический вопрос: дополнят ли соревнование официальных кандидатов-аппаратчиков – Путина, Миронова, Зюганова и Жириновского – альтернативными политическими фигурами?

Очевидно, что решение будут принимать в Кремле, а не за закрытыми дверями ЦИК. Вертикали власти, выросшие за последнее десятилетие как частокол, не допускают никаких случайностей: в отличие от героя русской сказки у «народных кандидатов» нет шанса ни пройти, ни перелезть. Прошедшие парламентские выборы разрушили иллюзии даже самых наивных избирателей – ЦИК служит власти, а не народу. В России разделения властей нет, все решается из одного центра и, похоже, одним и тем же человеком, который не устает себя хвалить.

Однако не все так безысходно: люди несли, везли, доставляли самолетом, поездом свои подписи не только из регионов, но и из зарубежья, далекого и близкого: из Бельгии, Германии, Швейцарии, США - в общей сложности из десяти стран! Григорий Явлинский с гордостью упомянул не только доставленную подпись Горбачева, но и новое явление среди россиян, которые ходили в консульства, чтобы заверить подписи, - раньше люди не осмеливались заявлять о политических предпочтениях столь открыто, а тем более настаивать на соблюдении конституционных прав.

Даже по этим штрихам становится понятно, что «потешные бои» вместо настоящего политического соревнования активная часть российского электората уже не примет. Наипростейший вариант – «не пущать!» реальных кандидатов уже ничего кроме нарастания недовольства в обществе вызвать не может. Тем более что у власти есть еще одно орудие борьбы: даже если Иваны-царевичи преодолеют первый частокол, второй окажется еще выше - подконтрольные Кремлю СМИ.

Пока шел сбор подписей в России, на территории СНГ готовились еще одни выборы – в парламент Казахстана. Оценки международных наблюдателей пессимистичны: самоцензура СМИ, ограничение доступа к информации о политической альтернативе в период до агитационной кампании, отсутствие дебатов и интервью в прямом эфире. Да и вообще дискуссия подменена ритуалом, и это лишает избирателей возможности осознанного выбора в отсутствие полной информации. Несмотря на «хорошее администрирование», выборы не отвечали фундаментальным демократическим принципам.

Могут ли выборы в Казахстане быть прообразом того, что произойдет в ближайшие недели в России? Позволяют ли трудности в преодолении общего советского прошлого предполагать сходство в развитии будущего? Навряд ли. Трагедия Жанаозена указала авторитарным лидерам черту, которую нельзя переступать. Головоломка для политтехнологов Кремля становится все сложнее: российский избиратель подрос – дубиной не убедишь, да и сказками не накормишь.

Движение перемен

В декабре 2011 года слова "ситуация меняется с каждым днем" перестали быть метафорой. Несмотря на все известные параллели, пара предшествующих лет была далеко не "новым застоем". Особенно для активных людей, принимавших участие в самых разных автономных инициативах: от личной помощи детским домам и добровольного тушения лесных пожаров летом 2010-го до уличных пикетов и экологических лагерей, всегда грозящих закончиться автозаком, а то и тюремным сроком. И все же 4 декабря никто не мог предсказать, что случится 5-го, а взрыв 10-го был и вовсе какой-то фантастикой, пока не стал совершенно нормальной и даже привычной (после 24-го) реальностью.

Объединившим всех поводом были нечестные выборы. Но если политикам явно хотелось в Думу и Кремль, то множество участников столь же явно переживали неизмеримо более важную проблему: мы вышли ради того, чтобы сделать более честным все российское общество. Происходившее абсолютно не совпадало с инертной институциональной формулой "нас позвали - мы явились". Поэтому, хотя на митингах была главная сцена, не было никакого руководящего центра. Как бы ни желал кто-то из царивших на помостах "возглавить и направить" движение, большинство участников просто не были к этому расположены. Еще на подготовительных собраниях люди из независимых инициатив в лицо критиковали членов самопровозглашенного оргкомитета: "Политики, умерьте свои амбиции! Мы выходим на улицу не ради вас!"

Много людей вышли на митинг после горячих обсуждений с друзьями, коллегами и соседями. Было немало тех, кто организовал что-то сам: от нарисованного дома плаката до "живого микрофона" и дискуссий по образованию. Потому смысл событиям сообщала не бесконечная очередь у главного микрофона, а множество оригинальных инициатив, дружеских компаний, независимых акций. Было очевидно, что даже если люди протестовали на улице впервые в жизни, то действовать без чьей-то указки им не внове.

Среди тех, кто не просто пришел "посмотреть", а что-то делал - принес остроумные лозунги и картинки, первым начинал скандировать независимо от речей со сцены, в целом, соорганизовывался с окружающими для совместного жеста, - особо выделялись люди с опытом неполитической самоорганизации. Тут и "ядро" интернет-форумов, и участники самых разных гражданских инициатив, от потребительского мониторинга и движений против точечной застройки до групп обустройства своего двора, и любители Шевчука, и алисоманы, и начинающие хард-рок-музыканты, и фрилансеры (программисты, редакторы, пиарщики, юристы и т.д.), и мелкие предприниматели, и владельцы крупного бизнеса, и вегетарианцы, журналисты, и растаманы, и участники студенческих групп, и футбольные фанаты вне милитаризованных "фирм", и участники самых разных объединений по интересам, и даже руководители предприятий и госорганизаций. Ну и, конечно, наблюдатели на выборах, а также активисты разных течений. В большинстве своем те, кому не все равно, что происходит в обществе, кому интересно что-то создавать самим, распоряжаться своей жизнью самостоятельно и вместе с другими. Почти все достаточно независимые, изобретательные и уверенные в себе, чтобы не ждать момента, пока какая-нибудь "звезда" со сцены возьмется представлять их в переговорах с мэрией или Кремлем.

Красноречивой характеристикой декабрьского движения было коллективное неприятие насилия. Не только декларативный настрой - "Нет насилию!", "Фу, революция!", - который был подготовлен дискуссиями в блогах и социальных сетях, а затем закреплен осуждающими "бу-у!" в ответ на радикальные кричалки. Еще более выразительным был практический самоконтроль и готовность собравшихся игнорировать и даже самостоятельно пресекать любые радикальные проявления - как организованное насилие, так и спонтанные беспорядки. Журналисты, окрестившие движение "восстанием сытых", конечно, поторопились.

Обнадеживающее спокойствие митингов "без происшествий" объяснялось отнюдь не поголовным благосостоянием участников. Хотя беднейших городских слоев (людей, кто покупает продукты и одежду только в магазинах-дискаунтерах) или, например, мигрантов действительно было мало. Пока что. Причина исключительно мирного характера крылась в двух обстоятельствах: высоком уровне образования участников и нетривиальном по российским меркам невмешательстве полиции. Дружелюбие силовых органов было отнюдь не показным. Полицейским и солдатам было действительно приятно, что на этот раз их не заставили просто так избивать соотечественников и тащить их в автозаки.

Однако полагать, что городская и кремлевская администрации скромно отступили перед многотысячной толпой, тоже преждевременно. Любые общественные акции легко переводятся в режим "уличных беспорядков" несколькими показательными провокациями полицейских. Но в этот раз власти предоставили митингующих самим себе, сконцентрировав вокруг огромную массу вооруженных правоохранителей. Нам оставили на выбор: мирные действия, не выходящие за рамки процедуры, или радикализующаяся толпа, на подавление которой будут брошены все эти силы. В последнем случае власти могли легко обвинить митингующих в неспособности сдерживать насилие и в дальнейшем обращаться со всем движением как с криминальным. Именно эта дистанция, которую заняли органы силы, превратила митинг в коллектив повышенного самоконтроля. Путь к радикализации движения блокировали в первую очередь сами участники.

Высшее образование, а часто и интеллектуальная профессия многих собравшихся сыграли в этом далеко не последнюю роль. Практических сторонников насилия среди образованных людей статистически мало. И их установка хорошо отвечает публичным интересам другой, отчасти близкой социальной группы, которая во многом стала лицом декабрьской мобилизации. При всем разнообразии жестов и инициатив, отчасти поверх границы между политиками и неполитиками, а также несмотря на присутствие политических и общественных активистов, локомотивом движения стала сформировавшаяся за последние 20 лет образованная городская буржуазия.

Для большинства из тех, кто зачастую не доверяет политическим институтам и массовому участию, митинги стали сценой самовыражения и приобщения к себе подобным, что только усилило требование мирного характера собрания. В конечном счете то, что происходило в Москве на стороне "аполитичных" участников, можно лучше всего охарактеризовать как символическое переучреждение московской буржуазии. Бюргерства в ее историческом смысле, основанном на таких добродетелях, как честность, сдержанность, благоразумие. Образованные, отчасти (но не обязательно) благополучные и прежде всего уже ведущие какую-то самостоятельную или совместную деятельность люди публично восстановили собственное достоинство и широкое неполитическое самопредставительство на улице. То самое, которое они уже начали приобретать, обустраивая свои дома и помогая чужим детям, посещая кофейни и шопинг-центры, проводя время в развлекательных и спортивных клубах, отправляясь автопробегом по России или в туристические поездки за границу. Между митингами эти люди не уходили с головой "в революцию", а расходились по своим делам, которых у всех много. И свободного времени для радикального пересмотра социальных моделей совсем не оставалось.

Этим объясняется другой важный момент движения: почти полное отсутствие критики социального неравенства. Господствующими темами оставались юридические нарушения, финансовая коррупция, обман и чванство кремлевских парвеню. Хотя митинги не были "восстанием сытых", они явно были направлены против того, что мешает успешной жизни. Участники избегали темы социального неравенства, поскольку в коллективном воображении она связана с неблагополучием и бедностью. Тогда как фальсификация и коррупция - это про то, как нам не дают стать успешными и зажить спокойно.

Однако этим мотивам, как и возможному будущему движения, потенциально противостоит некая сила. Нет, им угрожает не радикальное крыло революционеров, а безответственность самоназначенного оргкомитета, который не перестает требовать от участников сплочения и единодушия, при этом лавируя в изменчивой конъюнктуре. После всплеска 24 декабря профессиональные активисты и политики с удвоенной силой призвали к участию в комиссиях, рабочих комитетах и написанию многозначительных документов, тогда как основные решения очевидно принимаются по итогам узких групповых соглашений. Но главная опасность даже не в этом, а в том, что по ходу бурных технических дебатов и организационных встреч все более очевидными стали попытки подменить широкое общественное движение узким политическим представительством. Это касается и формирования практического альянса между либеральными и ультранационалистическими организациями, и странных маневров вокруг списка выступающих на главной сцене митингов.

Игры и подмены, связанные с центральным микрофоном, достойны стать предметом отдельной истории. В ее сухом остатке будет малоприятная тенденция. Представителей независимых профсоюзов, образовательных движений, гражданских и общественных инициатив, ученых и иных "нестатусных" участников самоназначенные организаторы митингов к микрофону пригласить не торопятся. Настаивая на "равном представительстве", они мало озабочены скромным числом вышедших на сцену членов левых организаций, лишь сократившимся от 10 к 24 декабря. Они очевидно более трепетно относятся к крайне правым - националистам, чье присутствие на сцене растет, тогда как поначалу их просто не хотели допускать в оргкомитет и к микрофону.

Следует признать, что первоначальные опасения были не напрасны. Когда стали согласовывать с мэрией место проведения общегражданского митинга 24 декабря, оказалось, что националисты банально "забили" своими заявками все возможные городские площадки. А на самом митинге они активно рвались на сцену, снеся помост для журналистов. В тот раз сорвать гражданский митинг им не удалось. Но для оргкомитета тревожный звонок почему-то не прозвучал. Под лозунгами "демократии" и "борьбы с общим врагом" националисты нашли место и в технических комиссиях, и на сцене, в чем им помогли такие участники, как Алексей Навальный.

Сейчас, когда движение страдает столь высокой неопределенностью политических целей и даже ближайшего будущего, это представляется не столь важным. Подумаешь, крайне правые маргиналы получили немного внимания. Это почти так. Хотя их маргинальность отнюдь не безобидна за ней маячат военизированные дружины, кровавые нападения на улицах и откровенное подстрекательство к насилию, как в Кондопоге. Но если верить в успех движения, следует иметь в виду, что технический сегодня оргкомитет и его сателлиты будут требовать для себя вполне осязаемого институционального и политического признания. Желали бы участники декабрьских митингов, чтобы в потенциальном новом парламенте нас представляли сторонники "государства для русских"? Вряд ли. Хотели бы мы, чтобы от нашего имени правили политические оппортунисты предшествующей эпохи, такие как Немцов или Касьянов?

Очевидно, что уже сейчас имеет смысл не только держать "единый фронт" участия, но и ставить условия перед создающимся политическим альянсом. В частности, такое: в новое политическое будущее - без националистов! В этом трудно не солидаризироваться с обращением, которое адресовал участникам декабрьского движения Комитет 19 января.

Если политическая монополизация движения продолжится, перед лицом его образованных и самостоятельных участников, на деле не нуждающихся ни в каких в лидерах, а также очень скептически настроенных по отношению ко всем политическим институтам, эта игра может закончиться очень быстро. Политические "организаторы" митингов вскоре останутся наедине со своими обретенными крайне правыми союзниками и снова будут подавать заявки на 300 участников. Это было бы самым печальным итогом столь обнадеживающего гражданского пробуждения. Чтобы такого не произошло, мы должны меньше связывать свое будущее с лукавым "единодушием" претендентов на кремлевские кресла. И больше рассчитывать на собственные инициативы и силы.

Митинги 10 и 24 декабря стали ярким событием благодаря вкладу всех тех, кто организовывал их ради общего дела и свободы самовыражения. Было бы просто отлично продолжить в том же направлении. Каждый способен создать автономную гражданскую группу или инициативу по месту жительства, месту работы, с друзьями. Только когда мы сами будем идти на шаг впереди политиков и считаться с нашим голосом вынуждены будут лукавые ребята из Думы и Кремля - кто бы конкретно ни занял эти места.

Отвечаю Юлии Латыниной

Пока напишу коротко, ибо надеюсь, что журналистка Юлия Латынина просто не разобралась в деле Таисии Осиповой.

Уголовное дело Таисии, в котором кроме "бла-бла-бла" оперов и аффилированных с ними персонажей нет вообще ничего доказывающего ее вину, стало для власти очередной политической занозой. Тем более на фоне прошедших в декабре акций, где помимо протеста против фальсификации выборов громко прозвучало требование освобождения политзаключенных, в том числе и Таисии.

Последовательно защищая свою жену, я в течение года старался описывать каждое судебное заседание по ее делу. Вот здесь наиболее полная подборка моих публикаций. Помимо этого есть целая серия репортажей на сайте группы "Война", посты в моем блоге на "Эхе Москвы" и пр.

На суд к Таисии приезжали разные люди, которые сами смогли составить свое мнение о процессе. Вот публикации по их впечатлениям: "Ее как заложницу посадили", "О деле Таисии Осиповой", "Суд обнаружил подлог в деле Таисии Осиповой и отложил судебное заседание". "Решение по Таисии Осиповой".

Все эти люди никогда не были знакомы с Таисией и не имеют отношения к партии "Другая Россия".

29 декабря 2011 года, в последний официальный рабочий день, ближе к полуночи, судья Заднепровского районного суда Смоленска Дворянчиков вынес Таисии Осиповой приговор - 10 лет лишения свободы.

6 января 2012 мне по электронной почте написала Юлия Латынина с просьбой ознакомить ее с обвинительным заключением и приговором, а также сообщить ей телефоны адвокатов. В ночь с 8 на 9 января (ранее не смог, так как у меня гостила на новогодних праздниках наша дочь Катрина) выслал Юлии эти тексты и телефоны, предложил прислать ей также необходимые протоколы судебных заседаний, и посоветовал ей самой связаться с адвокатами для объективного понимания общей картины. Таким образом, от первого моего контакта с Юлией до высылки ей документов прошло двое с половиной суток. Подробности же самой переписки с Юлией я изложил здесь.

14 января на сайте "Эха Москвы" были вывешены присланные мною документы: обвинительное заключение и приговор. Я сознательно выслал именно эти документы, отражающие точку зрения стороны обвинения, чтобы дальше можно было объективно обсуждать дело Таисии. Прочитав последовавшие комментарии, я убедился, что даже из мнения стороны обвинения (коим являются обвинительное заключение и приговор) прекрасно видны невиновность Таисии и признаки фальсификации уголовного дела.

В следующей своей передаче Юлия Латынина решила изложить свою интерпретацию дела Таисии. Выскажу свои возражения.

"А вот заключения и приговора на сайте нет". Текст приговора я сам получил лишь 6 января - это легко проверить по той ссылке на файлообменник, что я послал Юлии Леонидовне. И приговор, и обвинительное заключение я сам выслал Латыниной. До этого всем, кто просил, я предоставлял все документы по делу. С самим обвинительном заключением не проблема ознакомиться на милицейских сайтах. А те, кто желал разобраться в деле, приезжали на процесс и могли взять у адвокатов любые документы. И сейчас с этим нет проблем.

Далее.

"То есть нам предлагалось составить представление о деле исключительно со слов защитников. Это очень скверный признак, к сожалению, потому что каждый раз, когда я прошу адвоката дело, а он мне отвечает: "Знаете, ребят, мы сейчас сами вам все расскажем", - это означает, что дело нечисто".

Сама Юлия, к сожалению, не позвонила даже адвокатам и не связалась со мной после того, как я выслал ей приговор, что в принципе логично было сделать, если действительно есть желание объективно разобраться в деле.

"У меня почти 2 недели заняли переговоры, но в конце концов Сергей Фомченков прислал мне обвинительное заключение и приговор". Смотрите выше - двух недель не было.

Вообще меня смущает, когда в столь сложном и серьезном деле известный и авторитетный журналист начинает с наезда и передергивания фактов.

Продолжим.

"И тут я прихожу в сильное недоумение, потому что я ловлю защиту за руку на вранье, потому что защита и господин Фомченков неоднократно писали в блогах, что, цитирую, "Таисия по версии ЦПЭ якобы не просто торгует, а на вырученные от торговли деньги финансирует экстремистов вместе со мной". В общем, опер Савченков, хотя и сукин сын, он гораздо более простую мысль высказывал..."

В свою очередь, ловлю Юлию Латынину на голой вере в показания опера ЦПЭ Савченкова. Документы, добытые в ходе судебного следствия, говорят о обратном.

Главное, на что я обратил внимание, - Юлия Латынина в принципе не оспаривает то, что дело было сфабриковано. Единственное, что меня смутило, - что ни в приговоре, ни и обвинительном заключении я не нашел ряда сообщенных Юлией Латыниной фактов. Она вдруг решила скомпрометировать Таисию, обвинив ее в разных грехах, но даже в обвинительном заключении этого нет.

Чтобы объективно разобраться в деле Таисии, необходимо ознакомиться с протоколами судебных заседаний и аргументацией адвокатов. К сожалению, этим Юлия Латынина не заинтересовалась.
Вот, например отказы судьи в ходатайствах защиты. Из шести ходатайств удовлетворено одно.
А вот по результатам единственного медицинского освидетельствования Таисии никакой наркомании и сопутствующего ей гепатита С не обнаружено. Судья Дворянчиков неоднократно отказывал в проведении наркологической экспертизы, понимая, что обвинения может потерять единственный козырь.

"То есть извините, товарищи адвокаты, вы мне утверждали неоднократно, что биллинги показали, что нашисток в месте контрольных закупок не было. А биллинги как раз показывают, что да, таки были. Но, вот, дубы менты в одном из протоколов на 15-20 минут, полчаса неверно указали время контрольной закупки.

Речь идет не о 15 минутах. Даже судья осторожно пишет в приговоре "в течение суток..." Нашисток не было в местах контрольных закупок в указанных интервалах времени. Акты закупок, оформленные ("нарисованные") операми, не соответствуют анализу телефонных соединений понятых-нашисток. Это фактически признал судья Дворянчиков в приговоре, сведя основные эпизоды обвинения (четыре) в один, переквалифицировав их с покушения на приготовление к преступлению. Акты, оформляемые при "закупках", являются достаточно точными документами - в них указываются адрес оформления и четкие временные интервалы. Каждый акт подписывают (заверяют) четыре человека. Поэтому ошибки со временем, тем более системной - повторяющейся каждый раз при всех "закупках", - быть не может, разве что при фальсификации актов. Разброс же по местонахождению понятых в дни контрольных закупок указывает именно на это.

Телефонные соединения оперативников суд проанализировать отказался даже в закрытом режиме. Также суд отказался вызвать понятых для дачи ими разъяснений по поводу расхождения в их показаниях суду и реальному местонахождению в дни "закупок".

Еще раз повторю, что в деле нет никаких доказательств. Эксперты Брянской лаборатории Минюста признали, что в прослушке (почему-то за единственный день 6 сентября - а ведь слушали год!) нет даже голоса Таисии. Причем в уголовном деле указан даже не ее номер телефона.

А что касается отсутствия видеозаписи "закупок" (она якобы не делалась ради скрытности), так неужели один человек с видеокамерой на большом расстоянии, более заметен, чем три человека за спиной закупщика?

Судья последовательно на протяжении всего процесса отказывал в ходатайствах стороны защиты, которые могли бы прояснить истину по делу. Например, в проведении независимой медицинской экспертизы Таисии и проверке на детекторе лжи всех участников процесса. Суд также отказал в истребовании материалов прослушки телефонных переговоров между Тасией и мною.

Больше всего меня, конечно, удивила одна из заключительных фраз Юлии Латыниной: "Еще раз повторяю, я не долго, не очень глубоко изучала дело, поэтому пусть люди читают приговор и решают сами. Вот я могу только одно сказать: прочтите сначала приговор". Уж извините, но я думаю, его стоило прочитать до конца и Вам, Юлия, а далее поинтересоваться, у адвокатов насчет их позиции.

Я готов ответить на любые вопросы по делу Таисии Осиповой и документально доказать ее невиновность. Надеюсь на встречу с Юлий Латыниной в эфире "Эха Москвы".

Мечта кадыровского одноклассника

У нас, сотрудников «Сводной мобильной группы» (СМГ), бывали разные ситуации. В том числе и в Нижнем Новгороде. Но никогда сотрудники милиции не позволяли себе того, что случилось с Антоном Рыжовым. Они прекрасно знают, что это будет обжаловано и состоится суд, который мы выиграем.

Все носители информации, которые были у Антона с собой, в том числе компьютер, были изъяты и опечатаны при въезде в Нижний Новгород из Чечни. Я совершенно не понимаю, почему абсолютно все было изъято, даже без предварительного просмотра. Антона отпустили, продержав чуть больше двух часов. Меня не было в городе, но теперь я вернулся, и сегодня мы будем подавать все необходимые заявления во все инстанции, все уже подготовлено.

На флэшках, которые были изъяты у Антона, среди прочего были материалы дел, которые находятся на стадии проверки, - в том числе в отношении чеченских омоновцев. Там также были жалобы в Европейский суд и переписка с судом, которая является для государственных структур закрытой информацией, потому что речь идет о переписке по поводу жалоб против России. Мы планируем отдельно обращаться в правоохранительные органы с просьбой принять меры и вернуть нам эти материалы. В противном случае мы вынуждены будем обратиться в Европейский суд с жалобой о перехвате переписки государством.

Я это связываю, конечно, с тем заявлением, которое было подано против меня командиром чеченского ОМОНа. Мне просто больше не с чем связывать оба эпизода, кроме как с нашей деятельностью в Чечне. Очевидно, что мы последнее время кое-кого сильно достали. Я прекрасно знаю, что про нас говорит командир ОМОН Цакаев: иначе как «русскими гнидами» он нас не называет. Мы чего-то примерно такого ожидали, но никак не думали, что это произойдет в Нижнем Новгороде. Это неприятное ощущение, когда тебя достают дома.

По заявлению против меня о разглашении гостайны наиболее вероятное развитие событий – это отказ в возбуждении уголовного дела. Основания в заявлении бредовые, и я не знаю, что там господа омоновцы сочли гостайной. Наверное, то, что они позволяют себе грубо и демонстративно нарушать федеральные законы. Я много говорил про чеченский ОМОН, и они знают, что это лишь малая часть того, что я могу рассказать. Наверное, с их точки зрения, информация о том, что в МВД республики служат бандиты и фальсификаторы, им представляется государственной тайной? Я об этом неоднократно говорил и буду говорить. Тайны в этом я не вижу и считаю, что за это надо отвечать.

Теперь, насколько я понимаю, будет проводиться проверка. Следователь будет задавать мне вопросы. Безусловно, я готов в любой момент выехать в Чечню давать объяснения, если это потребуется. Я надеюсь, что хватит здравого смысла и требования следователя будут исходить из закона, а не из пожеланий высокопоставленного милицейского начальника.

Но тем не менее есть вероятность, что дело будет возбуждено. В этом случае группа заинтересованных лиц из МВД Чечни, конечно, будет пытаться добиться моего ареста. Я думаю, что именно это и является их заветной мечтой и смыслом этого заявления, потому что даже они наверняка понимают, что судебной перспективы у этой затеи нет. Вряд ли даже в самых смелых мечтах они могут рассчитывать на обвинительный приговор.

В случае возбуждения уголовного дела они попытаются меня арестовать и какое-то время продержать на территории Чечни, чтобы господин Цакаев мог высказать мне свои претензии в более жестких условиях. Я думаю, что такое развитие событий маловероятно, но не исключено. Табель о рангах в Чеченской Республике определяется близостью к Рамзану Кадырову, и в связи с этим Цакаев в Чечне является очень влиятельным человеком. Дело даже не в том, что он командует ОМОНом, дело в том, что он считается приближенным Рамзана Кадырова. Он учился с ним в одном классе, а это в Чечне гораздо круче, чем быть полковником милиции.

Все разумные меры безопасности мы предпринимали и предпринимаем вот уже несколько лет – практически с начала работы СМГ. Мы понимаем, с кем имеем дело, на что эти люди готовы. Мы это видели и знаем. На работу группы в Чечне это не повлияет. СМГ продолжает работать в штатном режиме.

Садовый ринг

Теперь принято вспоминать манифестации 4 февраля 90-го: "20 лет, символично, повторим великое шествие и т.п."
Меж тем я хорошо помню, каким количеством запугиваний, манипуляций и провокаций со стороны Кремля сопровождались те грандиозные митинги. Причем противодействие усиливалось с нарастанием протестного движения. Если 4 февраля все прошло спокойно и по обоюдному согласию, то следующее шествие 25 февраля уже было запрещено, многие улицы перегорожены милицией и грузовиками с песком, а пресса распространяла заявления о готовящихся провокациях и письма тогдашних "охранителей", обличающих оппозицию. И все же народ вышел на Садовое, митинг состоялся.

Сегодня странно слышать слово "запрещено" в отношении той стихии, которая, казалось бы, могла снести что угодно и не нуждалась в подчинении кому-либо. Тем не менее митинги согласовывались. Еще не было нынешних законов, но официальные и не очень разрешения и договоренности существовали, переговоры велись, а в оргкомитетах происходило очень знакомое и сегодня:

(Смотреть и читать дальше)

Время согласований закончилось

4 февраля в 14:00 я приду на Калужскую площадь, чтобы оттуда выступить с шествием в центр Москвы.

Говорят, что мэрия не хочет согласовывать ни это место, ни это время. Говорят, что некий глубоко законспирированный от активистов оргкомитет на своем тайном масонском заседании (вроде как во вторник в 12 в Сахаровском центре - а впрочем, точно никто ничего сказать не может: все засекречено!) будет обсуждать предлагаемые мэрией изменения маршрута.

Говорят еще много чего. Но мое шествие в любом случае начнется на Калужской, а что там решат какие-то мэрии и оргкомитеты - меня не касается.

Дело в том, что в Фейсбуке создана группа с красноречивым названием «Время согласований закончилось» (она же есть и во «Вконтакте»). На момент написания этой заметки за выход на Калужскую подписались уже около 1000 человек.

«Согласователи» из числа членов оргкомитета уверяют, что-де не собираются идти на принципиальные уступки, но готовы рассмотреть равнозначные варианты маршрутов внутри Садового кольца. Чтобы не доставлять неудобства пресловутым дачникам, на которых уже успела сослаться мэрия. Мы, мол, должны продемонстрировать, что мы вменяемые партнеры.


Продемонстрировать - кому? Парижской мэрии, берлинскому или римскому сенату? Или ж таки администрации президента РФ, над коей продолжает витать дух Суркова (и не произносите, пожалуйста, слова «мэрия» применительно к этому делу: всем нам ясно, где, кем и исходя из каких соображений у нас решаются политические вопросы). Или гг. Давидис, Билунов и др. искренне верят, что их контрагенты с Тверской, 13 - Старой площади - Краснопресненской набережной обеспокоены исключительно удобствами дачников и, отказывая в Калужской, искренне готовы предложить равноценные варианты? Вроде «согласователи» не похожи на наивных людей. А если нет - то зачем же вообще начинать торг, твердо зная, что противоположной стороной переговоры рассматриваются исключительно как орудие разводки? Не пора ли уже пойти на принцип? Не пора ли наконец вспомнить, что за вами десятки тысяч людей, и, имея такую силу за спиной, гордо заявить: «Мы вас уведомили, что выходим на Калужскую - ваше дело обеспечить беспрепятственное и безопасное шествие по указанному маршруту. А не пожелаете - ваши проблемы, и на вас же ляжет ответственность; мы же пойдем и без ваших разрешений». Или, может быть, вы вновь готовитесь принять участие в очередной разводке, объясняя это тем, что хомячок-де и пингвин не готов-де к решительному протесту, а готов только к нерешительному? Ну, это дело тех, кто считает себя хомячком и пингвином, - они пусть шествуют, где им повелят Володин и Собянин. Те же, кто считает себя людьми - и не просто людьми, а свободными гражданами, - пойдут там, где решили они сами.

Быть или не быть?

В преддверии акции 4 февраля гамлетовский вопрос мучает многих в Москве. Путин в Кремле ломает голову: "Разогнать нельзя позволить". Организаторы протестов, люди ответственные, до хрипоты спорят о маршруте шествия: настаивать на своем, рискуя подставить людей под дубинки ОМОНа, или пойти на компромисс, согласиться на митинг в Лужниках, но зато собрать побольше народу. В сети, где доминирует горячая молодежь, большинство голосует за конфронтацию. В этом случае каждому, кто собирается участвовать в протесте, предстоит решать гамлетовскую дилемму для себя.

Рассмотрим варианты.

При любом раскладе, даже самом конфронтационном, толпа тысяч в десять соберется. Попытка воспрепятствовать такому шествию силой будет самой большой ошибкой, которую только может совершить режим. Чем жестче будет разгон, тем более сильным окажется удар, который Путин, решившись на него, нанесет сам себе.

Это вовсе не значит, что разгона не будет. Судя по тому, что рассказал Кудрин, Путин неадекватно оценивает ситуацию и у него могут не выдержать нервы. Это будет его конец. Но можно ли рассчитывать на неадекватность Путина? А вдруг он поумнел?

Самой большой удачей для Путина будет, если, испугавшись жесткой реакции властей, большинство побоится выходить, соберется всего десять тысяч, но никакого разгона не будет. В этом случае все станут говорить, что протестное движение выдохлось.

Если же лидеры протеста пойдут на компромисс с властями и соберут 100 тысяч человек на разрешенный митинг, то они ничего не теряют. Развязка перенесется на 4 марта, когда Путин, как ожидается, объявит себя президентом.

Иными словами, главный риск для революционеров состоит не в том, что власть решится на применение силы - это им как раз на руку, а в том, что они не смогут собрать людей и все закончится мирно. Я бы на их месте не рисковал, а согласился на компромисс и собрал как можно больше народу.

Но реальность может оказаться круче любых расчетов. Дело в том, что генералы революции не контролируют своих солдат. Судя по тому, что происходит в сети, энтузиазм радикального контингента настолько высок, что какая-то часть может и не послушаться старших товарищей и выйти на конфронтацию. Жесткий разгон даже небольшой акции в центре Москвы в тот момент, когда на другом конце города митингуют 100 тысяч, - худший вариант для режима.

Обращение к сенатору США Джону Керри

Уважаемый сенатор Керри!

Очень просим Вас поддержать законопроект S. 1039 "Ответственность за соблюдение верховенства закона" им. Сергея Магнитского 2011 года". Как Вы знаете, этот законопроект пользуется широкой поддержкой со стороны обеих партий. Нас глубоко тронуло Ваше заявление в прошлом году, о котором сообщила газета Washington Times: "Уважение прав человека является краеугольным камнем нашей внешней политики. Комитет глубоко озабочен случившимся с Сергеем Магнитским, и мы настоятельно рекомендуем поддержать решение администрации использовать свои полномочия для запрета на въезд в США для нарушителей прав человека".

Критически важно обеспечить уважение наследия Сергея Магнитского принятием этого закона, носящего его имя, чтобы обеспечить привлечение к ответственности всех российских нарушителей прав человека.

Для нашей страны имеет огромное значение утверждение верховенства права. Сейчас ни одна проблема взаимоотношений гражданского общества и правительства в нашей стране не может быть решена, пока российский суд руководствуется не Конституцией и законами РФ, а указаниями тех, кто находится у власти. 23 декабря 2011 г. девять авторитетнейших юристов, российских и зарубежных, представили на слушаниях Общественного совета по развитию гражданского общества и правам человека при президенте РФ заключение по второму делу Михаила Ходорковского и Платона Лебедева, материалы которого были ими тщательно изучены (текст заключения составил 427 страниц). Вывод этих юристов состоит в том, что в этом судебном разбирательстве нарушены общепринятые нормы правосудия, а его результатом явилась судебная ошибка, которая должна быть пересмотрена. Однако судьба Ходорковского и Лебедева определяется не законом и даже не судом, а Кремлем.

Уже составлен список ответственных за преследования Ходорковского, Лебедева и других по "делу ЮКОСа". Принятие законопроекта S. 1039 могло бы действительно изменить судьбу многих из тех, кто подвергся неправомерному осуждению и лишению свободы. Оно способствовало бы оздоровлению российской судебной системы и могло бы также оказать самое благотворное влияние на общественную и политическую обстановку в стране, продемонстрировав российскому гражданскому обществу приверженность США принципам верховенства закона и ответственности.

Обстановка наша благодаря пробудившейся активности общества может измениться к лучшему: массовые митинги, прошедшие во многих российских городах с протестами против фальсификации результатов выборов в пользу партии "Единая Россия", свидетельствуют, что закончился длительный период гражданской апатии. Гражданская активность направлена против захвата власти В. Путиным и его приспешниками, никогда прежде не участвовавшие в протестах граждане требуют соблюдения Конституции и законов РФ, требуют совершенно мирно, но очень решительно.

В нынешней ситуации активная поддержка нашего гражданского общества Соединенными Штатами Америки и другими демократическими государствами очень повысила бы наши шансы на успех в противостоянии граждан и коррумпированных сил, цепляющихся за власть. Повторим еще раз: принятие Закона "Ответственность за соблюдение верховенства закона" им. Сергея Магнитского 2011 года" сейчас необходимо как никогда, потому что это послало бы мощный сигнал российскому гражданскому обществу в так смело начатой им нелегкой борьбе за обновление России.

Надеемся, что можем рассчитывать на Вашу поддержку.

С уважением, искренне Ваши,

Людмила Алексеева
Лев Пономарев
Нина Катерли

Народ радикальнее бонз оппозиции

Пока представители оргкомитета шествия 4 февраля рассуждают о «переговорах» с мэрией, о том, на какую дату и на какой маршрут следует соглашаться, гражданам, похоже, эти пляски окончательно надоели.

Три года отстаивания свободы собраний на Триумфальной не прошли даром. Многие, наконец, поняли, что основным, самым важным обстоятельством в искусстве протеста является НЕподчинение власти. Место же протеста, его время и прочие технические обстоятельства - вторичны. Протест с разрешения того, против кого протестуешь, – нонсенс. Это как спрашивать у начальника тюрьмы разрешения на побег.

Свою волю НЕ подчиниться власти граждане стали выражать посредством голосования на «Эхе Москвы». Абсолютное большинство участников высказались за отказ идти на компромисс с мэрией. Трусов оказалось всего 20-25%.

Как отреагируют на эту информацию члены оргкомитета шествия, мне неведомо, но склоняюсь к тому, что они ее просто не заметят. Никакого влияния на их решение ни я, ни мои товарищи оказать не можем – в участии в оргкомитете нам, «Другой России», было отказано. Видимо, с точки зрения бонз оппозиции мы этого не достойны - норковых шуб-то у нас нет.

Что ж, значит, вся ответственность за провал протестной сессии 2011-2012 годов ляжет на них. В том, что это будет провал, я, к сожалению, не сомневаюсь. Добро пожаловать на трон, г-н Путин.

Судебные хроники коробочных дел. Часть1.

19 января, в 203 судебном участке, под председательством судьи Кузнецова начался суд по обвинению Филиппа Костенко в оскорблении сотрудника полиции сержанта Маркина (ст. 319 УКРФ).

Данное дело было возбужденное после художественной акции, прошедшей 1 марта 2011 года, в ходе которой активисты пытались установить в центре Петербурга инсталляцию в виде картонной будки для полицейского. Акция была задумана как своеобразный критический ответ на вступление в силу "Закона о полиции". Но во время переноса инсталляции произошло непредвиденное: - один из полицейских решил овладеть будкой, в результате чего конструкция была уничтожена. Видео с этим необычным событиями стало активно распространяться в Сети - "Пес системы и его будка"

(Читать дальше)

Умнее Гитлера

Три года назад, яростно нападая на тогдашнюю популистскую задумку лидеров ПЖиВ Лужкова и Шойгу – закон о защите истории (Великой Отечественной войны), я коснулся трагической дилеммы восточноевропейских народов – выборе между Сталиным и Гитлером. Они бы и рады были бы оказаться под эгидой Черчилля или Рузвельта, но такой возможности история им не подарила. Возможно, что, рассуждая телеологически, можно было посоветовать предпочесть Сталина, а потом «спокойно подождать» полвека до распада коммунизма. Но тогда для многих (не евреев и не левых) Великогерманский рейх воспринимался как защитник привычного порядка, церкви и частной собственности, как избавитель от колхозов, комиссаров и действительно кровавых чекистов. Известно, что как только вместо Рейха на Западе появился гостеприимный блок НАТО, то восточноевропейцы рванули к нему так, что «тапочки слетели», - и каждые десять лет лишь танки сдерживали народы в их безудержном порыве.

Я заранее понимаю, что, вступая в область рискованных ассоциаций, предоставляю уникальные возможности для недобросовестного цитирования. Например, как это было, когда различные подонки и тупицы превратили в апологию Власова мое сожаление о том, что если яростный националистический всплеск на Манежной не будет уравновешен подъемом интернационального демократического движения, то историки будущего констатируют, что «власовский проект» трансформации СССР победил «сахаровский проект». Но есть драматические исторические процессы, которые можно описать, только используя трагические и провокативные образы.

Полгода назад я написал, что если бы Гитлер и его окружение действовали в 1939-41 годах по рецептам их «гуру» – фельдмаршала Людендорфа 1915-18 годов, то 9 ноября 1941 года нацистская верхушка принимала бы парад победы в Москве – столице «национальной России".

Ирония истории в том, что сегодня перед отечественными образованными и зажиточными горожанами миллионников стоит такая же дьявольская альтернатива, перед которой оказались малообразованные крестьяне и недалеко ушедшие от них по развитию жители городов Балтии, Украины, Белоруссии, Кавказа, да и западной России летом 1941 года. Только сейчас идеологические маски сменились. Выбор таков: тоталитарный оппозиционер Зюганов несет потрясение всему привычному укладу, но возвращает динамику погрязшему в социальном некрозе обществу - или устоявшееся зло «четвертьфашистского» путинизма, при котором все-таки самые главные злодейства уже случились и «есть надежда на диалог».

Против перемен говорит то, что финансовая система способна рухнуть от самого слабого толчка, пожары многолетних национальных конфликтов вспыхивали и от меньшей провокации чем угроза ликвидации национальных автономий, и что «левый» реванш за октябрь 1993 года не ликвидирует, но лишь перешерстит путинскую опричную систему государственного рэкета и государственного рейдерства.

За перемены говорит объективная тенденция к ползучей фашизации партии власти, которую необходимо остановить любой ценой.

Второй тур – с неопостсталинистом Зюгановым и постнеофашистом Путиным – это фантастически важный выбор в истории не только России, но и мира.

При сохранении политической инерции лидер КПРФ просто играет с Кремлем в поддавки, повторяя свой совершенно проигрышный рисунок кампании 1996 года, когда, казалось, не выиграть у Ельцина выборы было невозможно. Так же точно проиграл Гитлер, уже бывший через месяц войны на полдороге к Москве. Но вот в 1917-18 году Германия шла на Восточном фронте от победы к победе. Причина в искусной политике окружения кайзера и его венценосного коллеги в Вене: вместо национального гнета, «нордической спеси» и людоедского расизма – защита национальных меньшинств, обещание независимости всем подвластным Российской империи народам, «хлеб и порядок», а в отношении самой России – ловкая игра с одновременной поддержкой и большевиков, и самых правых монархистов.

Поэтому сейчас Зюганов может победить, только если он будет вести себя в ходе нынешнего генерального политического сражения не как Гитлер, но хотя бы как Людендорф, неся перед собой не кошмар Антиавгустовской революции, но надежду на спокойные перемены к лучшему. Если же он не сможет быть «умнее Гитлера», то вся историческая вина за будущий неизбежный кровавый распад страны падёт именно на него.

Так, что, если исходить из финляндского опыта 1939 года, в этом марте российскому среднему классу придется решать, что лучше спеть:

Иди за Урал, иди за Урал,
Там много места для Молотова.
Туда отправим и Сталина и его приспешников,
Политруков, комиссаров и петрозаводских жуликов.
Нет, Молотов! Нет, Молотов!
Ты врешь еще больше, чем сам Бобриков!

Или же, напротив:

Много лжи в эти годы наверчено,
Чтоб запутать финляндский народ.
Раскрывайте ж теперь нам доверчиво
Половинки широких ворот!

Ни шутам, ни писакам юродивым
Больше ваших сердец не смутить.
Отнимали не раз вашу родину -
Мы приходим её возвратить.

Прорыв и арест Pussy Riot на Лобном месте Красной площади с песней "Путин зассал"

ПОСЛЕ ИСПОЛНЕНИЯ ГРУППОЙ PUSSY RIOT НА ЛОБНОМ МЕСТЕ КРАСНОЙ ПЛОЩАДИ ПЕСНИ "БУНТ В РОССИИ - ПУТИН ЗАССАЛ" ЗАДЕРЖАНЫ 8 УЧАСТНИЦ ГРУППЫ.

По только что поступившей информации, сотрудники ФСО после исполнения песни "Путин зассал" оттащили всех троих солисток Pussy Riot в помещения контрольно-пропускного пункта под Спасской башней Кремля и оцепили пространство вокруг Лобного места Красной площади для проведения следственных мероприятий. Еще 5 участниц группы доставлены в ОВД "Китай-город".

(Видео, текст песни и подробности)

Русские нацисты, ВО "Свобода" и "Беркут" единым фронтом

Вчерашний марш в Киеве показал неплохую мобилизацию, 200 человек для символической акции - это достаточно много.

Накануне мы спорили, как отнесется руководство ВО «Свобода» к инициативе своей молодежки напасть на антифашистское мероприятие. Шаг ведь очень спорный, даже с точки зрения радикальных украинских националистов. Маркелов и Бабурова были убиты русским нацистом. Убийц защищают преимущественно тоже русские нацисты. Союз людей, выступающих под «имперками», и сторонников «сильной и независимой Украины» кажется на первый взгляд противоестественным. Но это только на первый взгляд.

На самом деле любых радикальных патриотов объединяет не любовь к своей Родине, а ненависть. Даже не ненависть к кому-либо определенному, а просто абстрактная, ненаправленная ненависть, которую они обращают на «чужаков» или «вырожденцев». И когда приходится выбирать, кто милее - ксенофоб (пусть и враждебный) или его противник, - симпатии нацистов всегда окажутся на стороне ксенофобов. Потому что, если копнуть поглубже, они ничем друг от друга не отличаются.

Несколько лет назад на акции аналогичной вчерашней наши товарищи сожгли имперский флаг перед российским посольством. Российские патриоты со свойственным им искрометным юмором ответили следующим очень смешным демотиватором с текстом: «Ненавидишь Россию и русских? Вступай в антифа!».

Вчера вечером ВО «Свобода» честно расписалось в своей любви к России и русским, хоть и весьма странным способом. Могли бы просто повязать себе имперские ленточки и спеть «Боже, Царя Храни». Но детей-то бить зачем? Это следует считать официальной партийной позицией, ведь в нападении на небольшую группку молодежи участвовала не только околопартийная и околофутбольная массовка, но и люди фигурировавшие в избирательных списках на муниципальных выборах, и, по свидетельствам очевидцев, один депутат областного совета. Даже если отбросить в сторону иррациональность союза нацистов разных национальностей - представителям партии, идущей в парламент, следовало бы вести себя поаккуратнее. Негоже политикам бегать по улицам и бить детей. Так не принято. Ведь в Киеве от нападения нацистов пострадали даже не леваки, а аполитичные, по большому счету, субкультурщики. Нападения были и в других городах, в Крыму на группку из 4-5 человек нападали дважды, причем с ножами.

В Киеве же милиция причинила гораздо больше хлопот, чем наци. Сначала участников марша задерживали на подходе, пытались собирать личные данные и IMEI телефонов. Позже полковник "Беркута" Владимир Александров спровоцировал массовое столкновение, в ходе которого людей били, толкали, пытались задержать. Внятных причин для этого названо не было - акция не была запрещенной. Вот фотография этой нацистской свиньи.

Но, несмотря на все это, акция удалась. Спасибо всем, кто пришел.

Подробный фотоотчет

Демократия и нацизм несовместимы

Заявление Комитета 19 января на митинге 19.01.2012 (в сокращении)

19 января 2009 года в центре Москвы были убиты Станислав Маркелов и Анастасия Бабурова. Мы помним о них не только из-за их самоотверженности в достижении лучшей доли как для самых незащищенных и отверженных, так и для всех нас.

...И сейчас мы ежедневно осознаем отсутствие адвоката Маркелова и журналистки Бабуровой там, где сотням самых разных людей требуется бескомпромиссная адвокатская защита и солидарное журналистское освещение.

...Их убийцы, фашистские фанатики, оказались в тюрьме. Но фашизм ни в мире, ни в России, ни в Москве не побежден. Он существует и постоянно меняет маски. Три года назад нацисты, до того в основном убивающие мигрантов, стали больше преследовать антифашистов, политических активистов и судей.

...Теперь, в январе 2012-го, на волне массовых протестов, крайне правые снова ищут для себя место. Они готовы принять респектабельный вид и выражаться осторожнее, только чтобы прорваться на сцену. Как свиньи они рвутся к корыту власти. И мы уже видели – как в бредовом сне – они выступают со сцены перед десятками тысяч манифестантов. Их мечта состоит в том, чтобы биться в истерике перед единодушной толпой.

...Фашизм – это не только фашизм нацистской Германии. Тот фашизм был более полувека назад разбит в ходе народной войны, заставившей нацистского вождя покончить жизнь самоубийством, не дожидаясь международного трибунала. Фашизм – это не только определенные люди, называющие себя фашистами или неонаци. Фашизм существует и среди нас. Он содержится в мыслях, чувствах и представлениях, которые заставляют нас любить власть и стремиться к тому, что порабощает и эксплуатирует нас. Эти мысли, чувства и связанные с ними действия могут рано или поздно снова составить почву для нацистских манипуляций, вновь позволить состояться чудовищной власти какого-нибудь фюрера.

...Неудовлетворенность в общественной и частной жизни фашизм предлагает компенсировать принадлежностью к воображаемой правильной нации, выдуманным правильным людям. А неправильных и «нерусских» лишить прав или депортировать. Но сделав это, мы лишь глубже погрузимся в экономический кризис, вместе с кризисом демократии.

...Они стремятся надеть на нас смирительную рубашку нормы. Они играют на страхе и ненависти, приумножая их. Они любят власть. И там, где они не лгут ради получения власти, там они являют собой только агрессивную невежественность.

Именно поэтому они кричат «хватит кормить Кавказ». Хотя Кавказ далеко не самый дотируемый регион и проблема Кавказа связана с местной властью, присваивающей дотации и подавляющей несогласных. Именно поэтому они пичкают неокрепшие умы демагогией о мигрантах. И не упоминают о том, что их национал-демократические единомышленники у власти в Европе будут вышвыривать оттуда русских как этнически и религиозно «неполноценных».

...У правых в России много врагов: геи, лесби и транссексуалы, мигранты и «нерусские», мусульмане и евреи, коммунисты и либералы… В друзья они берут только бедолаг, которые верят их бредням.

...Есть политика нации. И это политика страха, неравенства, насилия, ненависти и исключения.

И есть политика народа. Это политика, которая исходит из равенства умов, напряженно стремящихся – хоть это и не всегда просто – понять друг друга. Для такой политики равенство важнее любого происхождения, языка и цвета кожи. Это политика существ, стремящихся к пониманию условий своего существования, и вместе борющихся за свое счастье и лучшую жизнь для других.

...В той мере, в какой в нашей стране есть люди второго сорта... Ровно в той мере мы все живем в фашистской стране. Поскольку унизительное деление людей по сортам является формой фашизма, способной существовать в обществах разного типа.

...Политика народа существует в остатках свободы слова. В возможности различий в политических взглядах, личных приверженностях и внешнем виде людей. В возможности индивидов и коллективов бороться за лучшую долю. Это политика, которую ради изменения своей жизни люди проводят сами. Мы выступаем на стороне такой политики.

...Не мигранты и «инородцы» угрожают мифическому «коренному большинству», а ультраправое меньшинство угрожает несводимому ни к какому единству множеству совместно живущих существ. Дело не в «русском вопросе», а в коррупции и устройстве общества, позволяющем одним подавлять, эксплуатировать и затыкать рот другим вне зависимости от национальности и вероисповедания. И национализм – обязательный элемент такого общества. Напротив, антифашистская борьба неотъемлема от борьбы за настоящую демократию, за право голоса для всех, кто сегодня лишен голоса, за право участия в политической жизни страны для всех, кто сегодня лишен возможности участия.

На фашистский лозунг «Россия для русских» мы отвечаем: Россия для всех, кроме фашистов!

Мы солидарны со всеми антифашистами мира. С теми, кто борется сейчас вместе с нами, и с теми, кто томится в застенках.

Полный текст заявления на сайте Комитета

О протестном движении и мартовских выборах

18 января послушал по «Свободе» «Час прессы» и для начала хотел бы сказать: спор о том, нужен ли гражданскому движению общий лидер (для мифических переговоров с Путиным?), был не совсем внятным. Участники передачи сошлись на том, что, пока гражданское пробуждение находится в самой начальной стадии, общего лидера не нужно (добавлю: он сегодня и просто невозможен). Я их целиком поддерживаю. Но почему-то обошли старую проблему: совершенно необходима, хотя бы временно, применительно к историческому моменту, публично и документально оформленная коалиция всех партий, комитетов, граждан, вообще всех противников полицейского режима, причем только по тому кругу позиций, которые совпадут. Об этом теперь толкуют все.

Но позвольте мне попросить прочесть мою заблаговременную статью «Не пора ли опомниться» на сайте «Новой газеты» от 28 августа, перепечатанную затем в последнем «Сахаровском сборнике» под названием «Постскриптум». Она никогда и нигде не обсуждалась и не оспаривалась, не могу повторять анализ и аргументацию, которой придерживаюсь поныне за вычетом не подтвердившихся деталей.

Далее. Для большинства населения катастрофическая политическая ситуация непонятна или безразлична. Люди не могут взять в толк, что от ее исхода зависит удовлетворение их кровных социальных и материальных нужд. Конечно, в итоге, а не в одночасье. Я решительно не понимаю, почему совершенно вровень с протестами насчет лживой избирательной системы и против путинской власти не звучат требования социальные и экономические. Почему важнейшая тема сегодня отдана господину Зюганову. Что предложено на митингах рабочим рушащихся заводов? Крестьянам? Пенсионерам? Предпринимателям?

Далее. К митингу 4 февраля прославившийся на весь мир «волшебник» по закону должен будет объявить, кто именно допущен к мартовскому голосованию. И только тогда всем разномастным отсекам нашего движения нужно будет согласовывать головоломные решения. Тут бесспорны три «сценария».

Допустим, в первый тур допустят, всех кроме двоих, то есть Явлинского и Прохорова. Путин победит уже в первом туре или же - совсем не исключено - во втором, отодвинув Зюганова. Даже с более скромными поневоле фальсификациями, он на 90% номер один (но уже не на 100%!).

Все равно. В любом из вариантов голосовать, во всяком случае во втором туре, не приходить на выборы или приходить, портить бюллетени, по-прежнему только митинговать - все это вредно и бессмысленно. Я вижу только один – сугубо политический и радикальнейший! – план последующих действий. Весомой коалиции протестующих (под названием, положим, «Гражданское согласие) нужно создавать всероссийское гражданское правительство (вполне конституционно, потому что такой условный «формат» оппозиции не запрещен) и его представительства в регионах. Может быть, избирать гражданские думы, принимать альтернативные путинщине законопроекты и решения, всячески предлагая их населению и, если представится такая возможность, официальной Думе. А публичные митинги и т.п. - само собой. Как это конкретно совершить – вопрос тактики и техники.

Внепарламентской оппозиции (подобной отчасти английскому теневому кабинету) надо бы обязательно вмешиваться и во внешнеполитические дела. Высказывать зарубежным политикам свои способы и предлагать полезный для страны стиль поведения в мире. Эта тема тоже, кажется, почти не затрагивается в нынешних дебатах.

В случае значительной гражданской поддержки все это означало бы по сути идейное и моральное двоевластие. Исторических прецедентов сколько угодно. Это означало бы подготовку к мирной «бархатной революции» в своеобразном российском виде, которой особенно боится власть. Как известно, крови она не боится. А силовой революции в России, надо надеяться, не произойдет.

Все сказанное вряд ли можно сейчас представить осуществимым. Я сам не представляю. Значит, забегаю сильно вперед. Но ежели изменится лишь количество митингующих, но не качество и формы протеста, движение пока притихнет, хотя продолжение брожения будет. Нехватка политической смелости и воображения приведет Россию к хаосу.

Говорят, что многие приходили на митинг не по политическим мотивам, а только из задетого чувства человеческого достоинства. Говорят искренне. Но это и есть один из сильнейших политических мотивов. Требовать удаления правителя России и роспуска ее парламента – это ли не политика?

Во-вторых. Вообразим, что прорвется во второй тур Явлинский. Увы, это невозможно, сам Григорий Алексеевич даже не уверен, что его признают как кандидата. Россия до такого президента еще не созрела и созреет нескоро. Или прорвется Прохоров (что, по-моему, возможно, хотя пока и маловероятно). Тогда при втором туре проблем нет. Остается людям думающим голосовать за любого из этих двоих кандидатов.

В-третьих. Верховный волшебник Путин позволяет своей обслуге пропустить в первый тур обоих. Вряд ли - но вдруг?! Тогда перед протестующими гражданами возникла бы очень трудная психологическая и практическая дилемма. Но об этом в следующий раз.

Готовы ли вы?

19 января в разных городах страны прошли акции антифашистов. Акции памяти погибших товарищей и друзей - Стаса Маркелова и Насти Бабуровой. В форме пикета прошла такая акция и в Петербурге. Несмотря на холод и грозные предупреждения властей, более 200 человек прошли от Горьковской до площади академика Сахарова - по маршруту ранее не согласованного шествия - и приняли участие в пикете.

(Читать дальше)