Нет таких цифр, которые могли бы поразить воображение чиновников. То ли по малограмотности, то ли в силу железного характера они никак не реагируют на предупреждение ученых о том, что сегодня общая активность отработанного ядерного топлива (ОЯТ) атомных подводных лодок составляет более 500 млн кюри. Вырвись этот джинн на свободу - мало никому не покажется. Теоретически эту угрозу осознают все. Но с деньгами правительство не торопится.

Главное тут, как всегда, деньги. Достаточно сказать, что утилизация (выгрузка и переработка ОЯТ, разделка корпуса и постановка реакторного блока на хранение) одной АПЛ обходится, по расчетам экспертов Минатома РФ, примерно в 1,5 млрд долларов (данные приведены в январском номере "Бюллетеня по атомной энергии" за 2002 г.). То есть уничтожить атомоход стоит примерно столько же, сколько его построить.

Надежды связаны с зарубежной помощью. Она есть уже сегодня. Так, с помощью США и Норвегии были построены для России 52 металлических контейнера для транспортировки и временного хранения ОЯТ. Это огромное подспорье, если учесть, что цена одного такого контейнера составляет около 1 млн долларов. Американское Министерство обороны строит нам береговые комплексы для выгрузки ОЯТ в Архангельской области и в Приморском крае. Готовы подключиться Англия, Швеция, Голландия и Франция. Но медлят. Зачем отправлять в страну финансовую помощь, если эта помощь облагается налогом?

Неясен и механизм реализации западных средств. За утилизацию АПЛ отвечают на разных этапах как минимум три ведомства - Минатом, Минобороны и Российское агентство по судостроению. Каждое блюдет свой интерес. И спросить за конечный результат подчас не с кого. До сих пор российская сторона волынит с подписанием межправительственных документов по ядерно-экологической программе, соглашения с Северной экологической финансовой корпорацией (NEFCO) и других договоренностей, которые позволили бы использовать возможности потеницальных доноров. Верх над прочими соображениями берет бдительность. Как бы иностранцы не пронюхали чего, не выведали наши военные тайны. А на деле, боимся предъявить миру наше убогое хозяйство. Просто потому, что станет ясен российский масштаб беспечности и воровства в таком жизненно важном деле как ядерная безопасность.

Справляться в одиночку с проблемой списанных атомоходов у России никак не получается. В последнее время навалились на выгрузку активных зон из списанных реакторов. Просто потому, что лодки ржавеют, теряют герметичность и уходят на дно. Случись такое с реактором на борту - шуму и треску будет на весь мир. И денег придется потратить немерено. Поэтому последние два года Минобороны потрошит реакторы отстойных лодок с небывалой скоростью. Если в 1999 году ядерная начинка была выгружена из 8 АПЛ, то в 2000 г. - из 18, а в 2001 г. - из 21 субмарины. Энтузиазм, с каким начали выдавать на-гора ядерный шлак, вызвал панику у береговых хранителей ОЯТ. Флотские хранилища просто оказались не готовы к таким ударным темпам. И Минатом имеет в своем распоряжении по-прежнему только четыре спецвагона (хотя, говорят, уже на подходе еще четыре вагона).

Ограничены и мощности единственного производства по переработке ОЯТ ПО "Маяк". И понадобится не меньше 30 лет, чтобы при таких транспортных и перерабатывающих возможностях разобраться со всей нынешней отстойной ядерной армадой. А ведь за эти годы к последнему для себя причалу будут приходить все новые и новые субмарины.

Пока не видно, как правительство собирается радикально решать эту проблему. Думцы готовы подсуетиться с каким-то законами об оборонном атоме. Законы, может быть, и нужны. Но для начала вполне хватило бы федеральной программы с четкой росписью сроков, адресов и объемов финансирования. И конечно, не нужно никаких дополнительных затрат, чтобы устранить все помехи для западных вливаний в решение нашей ядерной проблемы.

версия для печати