Николай Руденский: Что побудило вас туда отправиться?

Владимир Сорокин: Я в общем всю жизнь ощущал себя таким же подопытным кроликом, и чувство, что за мной кто-то подсматривает, оно было с детства. Поэтому, собственно, я и пошел. Когда я туда попал, там произошел такой известный эффект: я лишний раз убедился, насколько язык телевидения жесткий, беспощадный, как он умеет искажать образ людей, их телесность. Ведь эти ребята, они гораздо симпатичнее, привлекательней и умнее live.

Н.Р:: А вы раньше смотрели эту передачу?

В.С.: Ну я так, поглядывал. Мне было любопытно. Я им говорил: мне было любопытно еще и потому, что это некая метафора, попытка просветить Россию. Но когда я там сидел, то было довольно комфортно.

Н.Р.: Это ведь был не прямой эфир?

В.С.: Нет, я там находился полтора часа, а показали только полчаса. Мы говорили довольно много.

Н.Р.: Что вам особенно жалко из того, что не вошло?

В.С.: Ну, мы там говорили о литературе. Собственно, я спрашивал, что они читают, и мне кажется, что это был нужный разговор, потому что их подают как таких дебилов, хотя это совершенно не так.

Н.Р.: Вы их стали дифференцировать? Они предстали как обособленные личности, а не только как хомячки под стеклом?

В.С.: Да. Я даже удивился - я ожидал от них большей депрессивности, но этого нет совершенно, это бодрые такие ребята. Не было чувства, что они там долго сидят. Видимо, это люди очень здоровые.

Н.Р.: Тема секса "под стеклом" затрагивалась в вашей беседе?

В.С.: Нет, об этом речи не было. Мы говорили на метафизические темы.

Н.Р.: В разговоре вы предложили развить проект и устроить путешествие через всю Россию в стеклянном поезде. С кем бы вам хотелось оказаться в одном двухместном купе?

В.С.: Я бы все-таки поехал в одноместном, потому что важно иметь пространство для уединения.

Н.Р.: По вашим словам, проекту не хватает публичности естественных отправлений. А вы бы согласились, участвуя в таком эксперименте, чтобы это и к вам относилось?

В.С.: Понимате, мне участвовать в этом в общем малоинтересно. Я человек уже немолодой, много повидавший...

Н.Р.: То есть в качестве участников этого нового эксперимента вы видите таких же молодых добровольцев?

В.С.: Ну, можно, конечно, поселить там русских писателей, но это, пожалуй, будет слишком круто - мордобой и все такое прочее.

Владимир Сорокин (досье Граней.Ру)

версия для печати