Морозова, мать которой погибла при взрыве дома на улице Гурьянова, ходатайствует о вызове в суд новых свидетелей и приобщения к делу дополнительных документов. Судье Комаровой, ведущей в Мосгорсуде процесс по делу Адама Деккушева и Юсуфа Крымшамхалова, обвиняемых в совершении взрывов, направлена соответствующая телеграмма.

Во вчерашнем номере "Московских новостей" опубликована фамилия предполагаемого террориста, арендовавшего помещение для закладки бомбы в доме по ул Гурьянова. Это не Ачемез Гочияев, как утверждает следствие, а другой человек.

Расследование, проведенное "МН", стало возможным благодаря информации адвоката Морозовой Михаила Трепашкина, которую тот успел передать в редакцию за день до своего ареста. Трепашкин был арестован накануне суда по делу о взрывах.

Газета публикует интервью с Марком Блюменфельдом, бизнесменом, сдавшим подвал в аренду террористам. Блюменфельд утверждает, что человек, снимавший у него помещение, который представлен следствием как Гочияев, на самом деле является другим лицом. Блюменфельд сообщил, что первый фоторобот террориста, составленный с его слов сразу после взрыва, соответствует действительности, и что составленный впоследствии второй фоторобот, похожий на Гочияева, не имеет никакого отношения к реальности.

Имя человека, изображенного на первом фотороботе, назвал Михаил Трепашкин. Это некий Владимир Романович. За семь лет до взрыва, по данным Трепашкина, Романович был задержан при аресте преступной группы в Москве, но отпущен по указанию руководства ФСБ. Трепашкин также сообщил, что после того как несколько человек опознали Романовича на первом фотороботе, он выехал на Кипр, где вскоре погиб в автокатастрофе.

В связи с появлением этой информации Татьяна Морозова просит допросить в суде следующих свидетелей:
1. Марка Блюменфельда
2. Михаила Трепашкина
3. Юрия Фельштинского, историка, занимающегося расследованием взрывов жилых домов
4. Сергея Ковалева, возглавляющего Общественную комиссию по расследованию взрывов
5. Льва Левинсона, ответственного секретаря Общественной комиссии
6. Журналиста "Московских новостей" Игоря Королькова.

Татьяна Морозова также просит о приобщении к делу следующих материалов:
1. Первого и второго фотороботов, распространенных правоохранительными органами в СМИ
2. Аудиозаписи интервью Марка Блюменфельда "Московским новостям"
3. Письменные объяснения и видеозаписи Ачемеза Гочияева, имеющиеся в распоряжении Юрия Фельштинского
4. Фотографии Ачемеза Гочияева и акты их независимой экспертизы, имеющиеся в распоряжении Александра Литвиненко

Морозова также повторно заявила ходатайство о рассмотрении в суде обстоятельств ареста адвоката Михаила Трепашкина. По ее мнению, это было сделано с целью воспрепятствовать отправлению правосудия.

ТЕРРОР-99: МЫ ХОТИМ ЗНАТЬ ПРАВДУ - все подробности независимого расследования.

версия для печати

Нравится

Tweet

0

Получить код

Справка :

Председателю Верховного Суда РФ Лебедеву В.М.
от адвоката, доктора юридических наук, профессора Трунова И.Л.

Открытое письмо

Уважаемый Вячеслав Михайлович!

Конституционный принцип гласности судопроизводства в последнее время претерпевает серьезные изменения в худшую сторону, что вызывает большое беспокойство со стороны представителей средств массовой информации, адвокатов и простых граждан.

Социально значимые процессы необоснованно закрывают, основная масса судов не допускает журналистов с камерами даже в здание суда, журналисты в любую погоду вынуждены находиться на улице. Грубость и хамское поведение сотрудников судов стали нормой поведения по отношению к журналисту. Здание суда, как и залы судебного заседания - публичное государственное учреждение, а не "приватизированная частная лавочка", доступность должна быть гарантирована каждому. Кино-, фотосъемка по закону ведутся с разрешения председательствующего судьи и это не законодательный запрет, но судьи не разрешают съемку никогда.

В соответствии с УПК РФ дела, связанные с избранием меры пресечения, не являются закрытыми, но прессу не допускают (дела Ходорковского, Лебедева и другие).

Уголовные дела, связанные с терроризмом, необоснованно засекречиваются (дело "Норд-Оста" по осуждению Талхигова, дело по взрывам домов на Каширском шоссе, улице Гурьянова, в г. Волгодонск и т.д.). В то время как одним из основных методов борьбы с терроризмом является увеличение внимания и освещения неотвратимости наказания, максимизация усилий по обвинению террористов при широком освещении, что влечет воспитательное воздействие на граждан.

При рассмотрении гражданских дел о компенсации вреда от теракта на Дубровке судья создала максимальные препоны, как на доступ в здание суда, так и в зал судебного заседания.

Ограничение доступа в суд способствует тому, что в сознании граждан закрадываются сомнения (часто обоснованные) в отношении законности, беспристрастности судей. Это не способствует восприятию суда, как единственного цивилизованного метода разрешения конфликтов. Гласность, открытость, доступность правосудия должна стать общим правилом и, если профессиональным журналистам устраивают непреодолимые препятствия сотрудники судов, то что говорить о простых гражданах, где им искать справедливости. Только в условиях гласности судейская независимость и равенство сторон становятся прозрачными и гарантированными.

Общественное убеждение в достоинстве и эффективности судебной власти возможно с тем условием, чтобы каждый шаг судебной деятельности был известен и понятен обществу.

10.11.2003

31.10.2003 17:55

На суде по делу о взрывах жилых домов объявлен перерыв -->

10.12.2002 21:16

ФСБ: Мы полностью раскрыли волгодонский теракт -->