Начало процесса по искам жертв "Норд-Оста" к московскому правительству отложено до 24 декабря. Российская власть в некотором замешательстве. Кремль, опираясь на букву закона, дает понять, что если какие властные структуры и несут ответственность за массовую гибель людей при штурме Театрального центра, то это лишь столичное руководство. Из окружения Юрия Лужкова доносятся неожиданные мысли о том, что теракт на Дубровке есть следствие чеченской войны, которую ведет федеральное начальство, а значит, с него и спрос. Перспектива финансовых потерь заставляет московскую мэрию проявлять политическую смелость.

Ответ если не на все, то на многие вопросы по поводу исхода трагических событий на Дубровке дает следующая версия. Мовсар Бараев и его люди на самом деле не собирались убивать заложников. Собственное самоубийство они и стоявший за ними Басаев организовали как грандиозную пиар-акцию. На то, что они тотчас добьются вывода войск, террористы не надеялись.

Если спецслужбы донесут Путину, что в Панкисском ущелье готовится новый теракт "с применением средств", то мы вдарим по Панкиси. Если выяснится, что в Турции живут "организаторы", а в Саудовской Аравии собрались "идейные вдохновители", то вдарим по Турции и по Аравии. А ежели в Дании съедутся вдохновители финансовые, значит, истребители или ракеты отправятся туда. Причем ответ будет "адекватный". То есть сопоставимый. Со средствами массового уничтожения.

Пока СМИ гадают, каким газом были убиты заложники на Дубровке, президент Путин прикидывает перемены в структуре блока силовиков. Но никто из официальных лиц не отвечает на вопрос, как могли террористы проникнуть в Москву. Как вообще мог быть организован теракт такого масштаба в "ментовском" стольном граде, нашпигованном силовыми структурами, где документы у иногородних упитанные "серые шинели" проверяют на каждом шагу. Однако Путин не верит в пользу отставок. К тому же победителей не судят. Президент не открывает Америк: он ищет решение на пути создания личной преторианской гвардии.

В ситуации захвата заложников силовая операция в принципе правомерна. Но являлся ли оптимальным избранный конкретный вариант применения силы? И если сознательно допускалась гибель части заложников (видимо, так и было – иначе российские спецслужбы придется счесть вопиюще некомпетентными), то были ли эти жертвы абсолютно необходимы для спасения остальных людей от неминуемой гибели?

Утром в субботу страна и мир вздохнули с облегчением: страшная драма в Москве завершилась, заложники спасены, лидеры ведущих держав поздравляют президента России с победой над терроризмом. Но вот появились и стали расти пугающие цифры убитых при штурме. А потом стало ясно, что почти все они погибли вовсе не от рук террористов. Дожившие до понедельника задают вопросы.

Буденновск в чистом виде, без добавок и примесей. Но и без Черномырдина, способного призвать к порядку тихоголосого Шамиля. И почти без надежды на то, что это условие - прекращение войны хотя бы на уровне обещаний - будет всерьез обсуждаться на тех переговорах, о которых мы сегодня не знаем ничего. Которые ведут в эти дни и ночи неведомые нам "первоклассные переговорщики".

4 декабря исполнилось сорок дней со дня гибели более сотни заложников "Норд-Оста". Власть называет их жертвами теракта. Честнее было бы говорить о жертвах штурма - ведь почти все погибшие скончались от отравления газом. Но ложь, изначально взятая властью на вооружение, на наших глазах крепнет, бронзовеет, становится монументальной.

В телеобращении к нации президент Путин попросил прощения за то, что его спецслужбы "не смогли спасти всех" заложников. Тем не менее в Кремле вот уже второй день принимают поздравления.