Заведующий аналитическим отделом Института политического и военного анализа.
Для журнала "Русская жизнь", будучи сам русским, я писал про русские подвиги... О тех наших воинах, кто со второй попытки выиграл чеченскую войну, хотя выиграть ее было невозможно. Этим победителям было, пожалуй, во многом тяжелее, чем воинам Великой Отечественной... они победили формально более слабого, но нисколько не менее страшного врага, чем те, кого со все более истерическим надрывом страна как бы чтит 9 мая каждого года. О тех 200 десантниках, которые 10 лет назад совершили фантастический бросок из Боснии в Косово и оказались сильнее 50-тысячной группировки НАТО. Морально сильнее. Те, кто еще был готов умереть, встретились с теми, кто умирать был уже не готов... Постмодернизм, гедонизм и феминизм, поразившие западный мир и часть развивающегося, убивают воинскую службу... Да, целенаправленно посылать военнослужащих на смерть, если этого можно избежать, — преступление. Но и сохранять их жизни любой ценой — преступление не меньшее... Граждане стран Запада желания умирать уже, пожалуй, не приобретут... перерождение и нашей армии вслед за армиями европейскими становится неизбежным. Потому что у нас тоже теперь царят постмодернизм и гедонизм... Умирать больше никто не захочет. Поэтому умрут все.
Навеянное
Легче всего разговаривать с китайскими солдатами. Им нужно привести такой аргумент:
- Эй, слушайте там: все равно рано или поздно подохнете как собаки. Так не лучше ли подохнуть теперь, всыпав предварительно врагу по первое число.
...если у нас во время войны было много предателей, то народы Европы почти целиком оказались предателями... Европейцы предали самих себя, свои декларированные идеалы... Вполне вероятно, что Великобритания последовала бы за остальной Европой, но ее спасли, во-первых, Ла-Манш, во-вторых, Черчилль. Не будь Ла-Манша, немецкие танковые колонны прошли бы до севера Шотландии за пару месяцев. Не будь Черчилля с его несгибаемой волей, Британия бы договорилась с Германией полюбовно.
Ссылка
Сталин был не ничтожеством, а сверхсильной личностью, одной своей силой сплачивавшей корпорацию. Кроме того, он обладал колоссальным властным инстинктом, деньги для него ничего не значили, нужна была именно власть как таковая (поэтому, кстати, современным аналогом Сталина должен быть Ельцин, а не Путин).