Весь вчерашний день Россия прощалась с Радуевым. Других новостей в воскресенье не было, и сюжет вышел титульным, многословным и многомерным. В кадрах кинохроники он прохаживался с победной улыбкой, обозревая свой отряд, читал стихи генпрокурору Устинову, сидел в камере смертников, хвалил условия содержания... Радуев не вызывал жалости, но уже и не пробуждал гадливости. Вслед за глупой жизнью пришла глупая смерть - вот и все, что хотелось сказать по этому поводу.
Вялое любопытство возникало лишь в связи с его скоропостижной кончиной. Любопытство, недоумение и даже вопросы к тем, кто охранял эту трагикомическую куклу. Событие укладывалось в один ряд с недавней смертью (гибелью?) Турпал-Али Атгериева и с известным заявлением Ахмеда Закаева, обронившего в Лондоне, что экстрадиция его в Россию - синоним казни.
При этом, само собой, припоминались смертники и приговоренные к пожизненному заключению узники западных тюрем. Худощавые, но бодрые, со здоровым цветом лица джентльмены, которые с интересом читают, рисуют, пишут книги (как я убил Джона Леннона, почему я зажарил и съел сорок старушек...) и сочиняют лирические восьмистишия. И даже на электрический стул (кому не повезло совершить свои шалости где-нибудь в Техасе) эти господа восходят в добром здравии, с детской улыбкой, плотно закусив.
У нас не так. Садизм преступников соизмерим лишь с садистским режимом тюрем. В тех же вчерашних кадрах благодаривший своих охранников соликамский вечный арестант отчего-то передвигался по коридору чуть не на карачках и долго стоял в непристойной позе, подпирая стену лбом. Почему-то это принято демонстрировать. Почему-то не стыдно. В любой уголовной хронике любой зек по дороге в СИЗО или в лагерь передвигается в кадре только так: с наручниками, упирающимися в шею, очень быстро и почти ползком. Хотя вокруг полно охраны, бежать некуда, но вот надо еще согнуть, опустить, вдавить лицом в землю. Подобные сценки с военной базы Гуантанамо, где американцы заставляли пленных талибов передвигаться в мешках, вызвали шок и оторопь во всем мире; Белому дому пришлось оправдываться. У нас ни оправданий, ни жалоб. Передвигаемся как велел конвой. Показываем не таясь. С гордостью. Ибо зеки - не люди.
Оттого и слухи, вызванные смертью Радуева, ставят "Титанику" иной диагноз: убили. Кровоизлияние? От побоев. За что убили? Писал книгу. Но он вроде давал показания на масхадовского эмиссара? А ты их видел? Да ведь его хотели в Лондон привезти, на процесс Закаева? Побоялись, что ляпнет чего-нибудь, о чем потом прокурорам жалеть придется. Доказательства? Тело родственникам не выдают. Это всего лишь слухи, произносимые тоном равнодушным или злорадным, но за ними - вся правда о взаимоотношениях государства и гражданина, вне зависимости от степени его вины, национальности и убеждений.
Радуев мертв, проклят и уже почти забыт. Доводилось писать: на процессе, где бывший гудермесский комсомолец получил свой вечный Соликамск, миру в полном соответствии с кремлевским сценарием был явлен звериный лик войны - наглый, страшноватый, безумный. Таким он и остался в памяти; приговор обжалованию не подлежит. Но война продолжается, и жуткий символ ее бессмертен, неуязвим, неуловим. И это вовсе не чеченец.
Дата рождения: 1967 или 1968 год.
Место рождения: с.Тейпа-Гордали Ноша-Юртовского района Чечено-Ингушской АССР
Образование: окончил Ростовский институт народного хозяйства, экономист.
Краткая биография:
До 1992 года работал в строительном отряде, служил в Вооруженных силах, вступил в КПСС, делал комсомольскую карьеру: секретарь комитета ВЛКСМ СПТУ-24 в Гудермесе, инструктор Чечено-Ингушского обкома ВЛКСМ.
Был директором Гудермесского центра добровольных трудовых объединений, работал во внешнеторговой фирме.
1992-1995 гг. - префект Гудермеса. Создал вооруженное формирование "Президентские береты" (впоследствии - шестой батальон "Борз" вооруженных сил Ичкерии).
1995. В начале первой чеченской компании занимался диверсиями на железной дороге в районе Гудермеса. Самостоятельных вооруженных формирований не возглавлял и боевыми действиями не руководил. В декабре 1995 пытался баллотироваться на пост главы администрации Гудермеса. Чувствуя, что шансов на победу нет, он 14 декабря захватил здание местной администрации. Город был освобожден только 23 декабря. Все это время в здании железнодорожного вокзала оборонялись российские ОМОНовцы.
9 января 1996 года боевиками была захвачена городская больница и роддом в дагестанском городе Кизляр. Боевики просочились в город ночью со стороны границы с Чечней, от которой его отделял только один блокпост ОМОНа. Целью их неудачной атаки была вертолетная база.
На следующий день автоколонна боевиков с заложниками покинула Кизляр и двинулась вдоль границы с Чечней к Дагестанскому селу Первомайское, возле которого намеревалась пересечь границу. Федералы предполагали, что боевики отпустят заложников на границе, но хвастливый Радуев намеревался отвести их в штаб Дудаева. Поняв, что колонна не остановится, федеральные войска открыли предупредительный огонь. Боевики отошли в Первомайское и укрепились в нем.
15-18 января состоялся штурм села федеральными силами. Большинство боевиков с Радуевым вышли из окружения, воспользовавшись проложенной под рекой Аксай трубой.
Считается, что лавры руководителя броска на Кизляр Радуеву достались случайно: руководство операцией сменилось в последний момент - полевой командир Хункарпашу Исрапилов получил ранение. С тем же успехом всю славу мог получить другой участник операции - близкий Басаеву и Радуеву Султан Гелисханов. После событий СМИ много писали о зависти Радуева к славе Шамиля Басаева (отчасти это подтверждает требование Pадуева, чтобы в переговорах с ним участвовал премьер-министр Виктор Черномырдин).
В это же время Радуева было принято называть зятем Дудаева. Радуев действительно женат на родственнице Дудаева, но настолько дальней (дочери троюродного брата), что даже по чеченским меркам не мог рассчитывать на благосклонность высокопоставленного родственника.
В марте 1996 года СМИ сообщили о смерти Радуева в перестрелке то ли с другими боевиками, то ли с отрядом российского спецназа. В июне выяснилось, что он получил тяжелое ранение, перенес несколько операций, в том числе пластическую. В воскрешение Радуева поверили не сразу: вместо худенького боевика в шапочке-петушке, опоясанного пулеметными лентами, перед телекамерами предстал откормленный вояка в черном мундире с эполетами, черном берете и черных очках.
С весны 1996 по июнь 1997 года - командующий вооруженным формированием "Армия генерала Дудаева" (была расформирована указом Масхадова, но, возможно, отказалась подчиниться).
В 1996-1997 гг. Радуев отказался сложить оружие и занимался в основном тем, что брал на себя ответственность практически за все совершенные на территории РФ теракты. Даже за совершенные другими и просто несчастные случаи (например взрывы на военных складах на Дальнем Востоке). Угрозы Радуева по поводу терактов были слишком экстравагантными, чтобы быть правдоподобными. Например, угроза биологической и химической войны. Правдивым исключением можно считать только взрывы на вокзалах в Армавире и Пятигорске, совершенные двумя женщинами - Асет Дадашевой и Фатимой Тайсмахановой из отряда Радуева.
Вице-президент Чечни Ваха Арсанов в мае 1997 г. утверждал, что Радуев был вызван на шариатский суд после отказа признать российско-чеченский договор о мире, на суде покаялся и принес извинения ("Санкт-Петербургские ведомости", 23 мая 1997 г.).
В 1997 году Радуев получил прозвище "Киборг". В течение года на него было совершено три покушения (апрель, июль, октябрь), ни одно из которых не было успешным. Но в последнем он получил серьезные повреждения лица, которые окончательно скрыть пластическими операциями не удалось. С тех пор Радуев вел себя перед фотокорами как Майкл Джексон.
Покушения иногда объясняются несложившимися отношениями Радуева с избранным в январе президентом Чечни Асланом Масхадовым. Практически все полевые командиры получили посты в новом правительстве республики. Радуев полевым командиром не был, в годы войны ничем, кроме Кизляра, не отличился и поста не получил.
Поэтому уже летом 1997 г. он возглавил оппозицию Масхадову, основой которой стали движение "Путь Джохара", возглавляемое Радуевым, и союз "Солдаты свободы", тоже возглавляемое Радуевым (почетный председатель союза - Деги Дудаев). Радуев активно использовал в своих политических играх имя Джохара Дудаева и клялся на Коране, что президент жив.
В марте 1998 г. Радуева освободили от должности генерального секретаря "Кавказской конфедерации" за неоднократные провокационные политические заявления от ее имени ("Кавказская конфедерация" была учреждена президентами Чечни и Грузии Джохаром Дудаевым и Звиадом Гамсахурдиа в 1992 году. И на момент исключения Радуева ее президентом являлся Зелимхан Яндарбиев).
В 1997-1998 гг. Радуев проводил массовые митинги в Грозном и 21 июня 1998 года даже захватил телевидение Ичкерии. Захват сопровождался перестрелкой между радуевцами и президентской гвардией, в которой погибли начальник Службы национальной безопасности Чечни Леча Хултыгов и начальник штаба радуевской "Армии генерала Дудаева" Ваха Джафаров. После переговоров захватчики покинули телецентр. Произошедшее было расценено как попытка государственного переворота. 23 июня в республике было объявлено чрезвычайное положение. Радуев некоторое время скрывался.
В ноябре 1998 года Верховный шариатский суд Чечни приговорил Радуева к четырем годам лишения свободы за попытку совершить государственный переворот. Приговор в действие приведен не был.
Уже в октябре того же года он объединился с Шамилем Басаевым, в июле поссорившимся с Масхадовым. Вместе они создали Центр общественно-политических партий и движений. В феврале 1999 г. Радуев вместе с Басаевым, Русланом Гилаевым, Зелимханом Яндарбиевым, Мавлади Удуговым вошел в маджлис шуры (Государственный совет) Чечни.
Смещенный Басаевым с пьедестала главного оппозиционера режиму Масхадова, Радуев вернулся в Гудермес. Занимался в основном грабежами на железных дорогах и обложил данью несколько населенных пунктов. Напомнил о себе, взяв ответственность за покушение на президента Грузии Эдуарда Шеварднадзе.
По материалам express.irk.ru.
