Супруге Михаила Ходорковского разрешили трехдневное свидание с мужем. Как сказала Инна Ходорковская в интервью, опубликованном во вторник на сайте пресс-центра бывшего главы "ЮКОСа", эту поездку она "сразу начала планировать", как только я узнала о местонахождении Михаила. "Думаю, когда это интервью увидит свет, я уже буду в Краснокаменске", - сказала она.
По словам Инны Ходорковской, десять дней, в течение которых семья ничего не знала о местоположении экс-главы "ЮКОСа", стали "настоящей пыткой". "Я – неважный юрист, но, по-моему, такого наказания – пытки родственников - нет ни в одной стране мира", - сказала Ходорковская.
По ее мнению, действия властей объясняются тем, что в Кремле "панически боятся Мишу... и всеми силами они пытаются спрятать его". "Чем колония в Краснокаменске отличается от колонии в Подмосковье? - говорится в интервью Инны Ходорковской. - В первую очередь тем, что туда невозможно добраться. Шесть часов на самолете, потом еще десять на машине. Весь расчет властей строится на том, что никто до Михаила просто не доберется: ни адвокаты, ни родственники, ни пресса".
По мнению Ходорковской, защите вряд ли удастся добиться перевода ее мужа в другую колонию. "Никаких иллюзий в отношении нашего "правосудия" после этого (суда над Ходорковским. - Ред.) у меня не осталось", - сказала она.
В исправительную колонию, которая находится в 550 километрах от Читы на окраине небольшого города Краснокаменск, Ходорковский был доставлен из Москвы 15 октября для отбывания 8-летнего срока наказания.
Во вторник в колонию прибыли московские адвокаты Ходорковского. По словам одного из них, Альберта Мкртычева, защитники обсудили с экс-главой "ЮКОСа" надзорную жалобу на обвинительный приговор.
Адвокат не стал комментировать подробности встречи, отметив лишь, что состоянии Ходорковского нормальное.
Статья 73. Места отбывания лишения свободы
1.Осужденные к лишению свободы отбывают наказание в исправительных учреждениях в пределах территории субъекта Российской Федерации, в котором они проживали или были осуждены. В исключительных случаях по состоянию здоровья осужденных или для обеспечения их личной безопасности либо с их согласия осужденные могут быть направлены для отбывания наказания в соответствующее исправительное учреждение, расположенное на территории другого субъекта Российской Федерации.
Уголовно-исполнительный кодекс РФ
Надеюсь, что тех эмоций, которые наша семья пережила за эти десять дней (пока было неизвестно местоположение Ходорковского. - Ред.), больше никому не будет суждено испытать. Для родителей Миши, для наших детей, для меня это время стало настоящей пыткой. Я – неважный юрист, но, по-моему, такого наказания – пытки родственников - нет ни в одной стране мира.
Мне кажется, власти панически боятся Мишу. Боятся его выступлений, его статей, его присутствия в общественной жизни. И этот страх застилает глаза их рассудку. И всеми силами они пытаются спрятать его. Поэтому скрывали его маршрут и место колонии. Поэтому и отправили в Читу.
Вы только посмотрите на карту. Чем колония в Краснокаменске отличается от колонии в Подмосковье? В первую очередь тем, что туда невозможно добраться. Шесть часов на самолете, потом еще десять на машине. Весь расчет властей строится на том, что никто до Михаила просто не доберется: ни адвокаты, ни родственники, ни пресса.
(О возможности для обжалования решения о выборе колонии)
Но я не думаю, что законность в этом случае восторжествует. Я не пропустила ни одного заседания Московского городского суда, который рассматривал кассационную жалобу моего мужа. Никаких иллюзий в отношении нашего "правосудия" после этого у меня не осталось. Никто даже и не думал создать хотя бы видимость объективного рассмотрения. Судья постоянно перебивал адвокатов и Михаила, не давал им выступать, торопил. Он даже отказался сделать пятиминутный перерыв по просьбе только что вышедшего из больницы Генриха Павловича Падвы. Судья откровенно заявлял, "неважно, что вы говорите, мы свое решение уже приняли". О какой законности после этого можно говорить?!
(О том, что изменилось для нее со времени ареста Михаила Ходорковского)
Мне пришлось учиться быть главной в доме. Учиться решать кучу бытовых проблем, которые раньше брал на себя Миша. Несмотря на свою занятость, несмотря на безумный график работы, он всегда был для нашей семьи какой-то каменной стеной, за которой мы могли не бояться никаких бурь. Сейчас к этой роли приходится привыкать мне.
Откровением для меня стала поддержка и сочувствие со стороны совершенно незнакомых людей. Во время процесса ко мне часто подходили и журналисты, и просто прохожие – как-то подбадривали, говорили что-то доброе.
Пресс-центр Михаила Ходорковского, 25.10.2005
