12 июня у себя на даче на Кратовском озере встретила я компанию патриотически настроенных граждан со стаканами в руках. Купив в ближайшем к пляжу гадюшнике водки, они хотели бы ее выпить и закусить шашлыком. Но, как патриоты, они хотели также знать, за что пьют, а надежа-президент не объяснил им, что же страна отмечает 12 июня. Вот что значит быть трезвенником! Я сократила муки жаждущих граждан, и они запили мои объяснения с большим чувством и налили еще. Причем сказали, что хотели бы видеть президентом меня, потому что никто другой так четко не объясняет, за что надо пить. Надеюсь, эти мои данные помогут мне в 2008 году, если электорат к тому моменту не завяжет.
Но так как читатели "Граней" тоже, надеюсь, иногда припадают к зеленому змию и получают у него рекомендации насчет садоводства (эксплуатации Древа Познания Добра и Зла), то я хочу и им дать некие разъяснения насчет 12 июня.
Путин недаром ничего не объяснял: в 1991 году этот праздник имел совершенно иной смысл, чем тот, который пытаются силой впихнуть в него питерские пришельцы в рамках спецмероприятия "Война миров". И если старый добрый цивилизованный мир идейно, морально и политически не изменился с уэллсовских времен и представлен Англией, Америкой, Францией и прочими милыми западными странами, то из нас путинская команда явно пытается сделать марсиан, а из России – Марс, безлюдный, мрачный, непригодный для жизни, зато свирепый, агрессивный и опасный для человечества.
При Ельцине, когда в первый раз праздновали День Независимости, это был день независимости России от СССР. Ельцин, тогда еще послушный ученик Межрегиональной группы, "ДемРоссия", чающие избавления от Совдепии демократы словно говорили: мы не совки, мы россияне; Россия утонула в СССР, мы освобождаем ее от гнета этой колониальной державы. У России тоже не было ни своего дома, ни кола, ни двора, теперь мы будем другими. Мы не тюрьма народов, не сверхдержава, не монстр. Мы – милая, добрая, кроткая страна, которая никого не обидит, не растопчет, не убьет.
И в декабре того же года Ельцин сдержал слово, и Россия отпустила всех по домам, в том числе и себя, дав вечный дембель бывшим колониям.
Уничтожив Советский Союз, как клетку, Россия выпустила на волю всех пташек, когда-то наловленных в тенета кремлевскими птицеловами. И до 1995 года мы радостно отмечали этот день, наслаждаясь своей свободой и своей чистой совестью, радуясь свободе и успехам бывших наших сокамерников: украинцев, молдаван, эстонцев, латышей, литовцев.
С началом чеченской войны из-под милого российского личика полезло опять жандармское советское мурло. А при Путине оно стало единственным, и в зеркале независимой иностранной прессы такое увидишь, что зажмуриться хочется. Трудно поверить, что этот осколок Советского Союза, эта тупая, рабская, злобная страна, лезущая немытыми руками в оранжевые праздники соседей, с ее хамскими выходками и торжествующими шариковыми и швондерами у власти, залитая кровью чеченского народа, травящая своих граждан газом, как крыс, что произошло совсем недавно в "Норд-Осте", не пожалевшая даже сотни детей в Беслане, - это та Россия, которую мы так нежно любили. Это не страна - это подстилка для чекистов.
Путин делает из России некий остров, отнюдь не золотой, обитатели которого живут не по европейским законам, не по правилам западной цивилизации, а по уставу убогой советской утопии, пещерного мира, чекистов и троглодитов, Путина и Ивана Грозного, Патрушева и Малюты Скуратова, Устинова и Вышинского, Суркова и Суслова. По совершенно железной исторической традиции все утописты, отрицающие объективные законы капитализма, неизменно оказываются утопленниками. Нам, видно, хочется на дно, поближе к Северной Корее и Кубе.
То, что отмечала путинская Россия 12 июня, - это скорее день независимости от логики, разума и здравого смысла. Плюс примитивное самовосхваление гориллы, которая бьет себя в грудь кулаками и верит, что она самая главная. В пределах зоопарка. Этакий Кинг-Конг, лезущий на небоскреб. Какие-то сходные нотки я отмечаю в выступлениях гаранта потопляемости.
И за это мы пить не должны, дорогие россияне.
