Евгений Гонтмахер, руководитель Центра социальной политики Института экономики РАН:

Я, честно говоря, вижу в снижении нефтяных цен только плюс. Во-первых, сразу становится понятно, что наша экономика ужасно примитивна и неэффективна. Когда нефть стоила 140 долларов за баррель, у нас было огромное количество денег, мы все жили спокойно и ни у кого не было стимула нашу экономику развивать. Теперь, когда резко снизились доходы бюджета – петушок-то клюнул, – все (по крайней мере те, от кого зависит экономическая политика в стране) задумались над тем, что надо что-то менять.

С той экономической моделью, которая у нас в России сейчас, мы будущего не имеем. Нужно проводить радикальные экономические реформы. Бизнес нужно освободить. Крупный бизнес сейчас находится в рабской зависимости, он на полусогнутых ходит к президенту, к премьеру. Для того чтобы предприниматели не выводили деньги за границу, чтобы они вкладывали сюда, вкладывали в инновационные отрасли, нужно к бизнесу относиться как к равноправному партнеру, а не как к подчиненному. В отношении малого бизнеса это значит, что пора прекращать говорить "халва, халва": ведь много лет говорят о развитии малого бизнеса, а не делают главного. И дело даже не в снижении налогов - оно не помогает. Помогает только одно - когда малый бизнес вообще от государства отрезан. Его на пару лет нужно просто освободить от налогов, от всех проверок, максимально упростить все начиная от учредительной процедуры. Вот такого типа действия должны быть.

Конечно, таких легких денег у нас уже не будет в стране. Теперь любые социальные мероприятия нужно проводить крайне тонко, профессионально, крайне адресно - не раздавать все всем подряд. Вот с 1 января пособие по безработице вырастет до 4900 рублей в месяц. А зачем всем нужно такое пособие по безработице? Надо более жестко относиться к этому - раздавать только тем, у кого в семье проблемы. Может, у меня жена хорошо получает, а я, безработный, буду 4900 получать? Теперь на фоне небольших денег нам требуется повышенная эффективность. Поэтому я только приветствую такие низкие цены на нефть.

Сейчас нам нужно получить другие источники бюджета. Чтобы получать доходы от отраслей, не связанных с нефтью, нужно резко активизировать бизнес, любыми способами завлекать сюда иностранные инвестиции и брать с этого налоги. А если будем и дальше молиться на эту нефть, то действительно ни на что денег не хватит. Итак, вот что надо: другие источники дохода за счет либерализации всей нашей экономической политики и более эффективное использование тех социальных расходов, которые сейчас есть.

Борис Немцов, политик, вице-премьер в 1997-1998 гг.:

Путин создал очень коррумпированное и очень дорогое государство. Количество чиновников выросло на 600 тысяч человек, и для того чтобы это неэффективное и дорогое государство поддерживать, нужна дорогая нефть. На самом деле 35 долларов за баррель – это конец путинизма.

У них есть запас прочности - 450 миллиардов долларов золотовалютных резервов, стабфонд и т.д. Но, по моим оценкам, при цене на нефть в 35 и ниже долларов за баррель запас, который сейчас расходуется в первую очередь на поддержку бизнес-интересов Путина и его приближенных, исчерпает себя в течение года. Таким образом, если мировая стагнация продлится больше года, то режим в его нынешнем виде существовать перестанет.

Цена на нефть - штука непредсказуемая, это как поведение ветреной девушки: что завтра случится, никто не знает. Поэтому говорить о каких-то серьезных прогнозах не приходится. Что означают для России сегодняшние цены на нефть? Это дефицитный бюджет, гигантский дефицит Пенсионного фонда, задержки заработной платы, девальвация рубля, огромные проблемы на региональном уровне, поскольку все региональные бюджеты сверстаны в расчете 70-80 долларов за баррель нефти, рост социальной напряженности, рост числа бедных и рост протестных настроений.

Все эти тенденции будут стремительно развиваться, а поскольку режим поддерживает Рублевку – Дерипаске дают деньги, Сечину, Богданчикову, "Газпрому" и т.д. - и плевать по большому счету хотел на народ, очевидно, что такая цена на нефть для него смертельна. Он абсолютно непрофессионально и, я бы сказал, глупо распоряжается огромными денежными запасами. Я могу сказать, что когда я был министром топлива и энергетики (в 1997 году. - Ред.), цена на нефть была 10 долларов - и страна жила. Сейчас 35 - и уже истерика. Для меня и для нашего правительства 35 - это была мечта. Мы были уверены, что если нефть будет стоить 35, то Россия будет счастливой, преуспевающей страной. Сейчас довели страну до такого состояния, что 35 долларов за баррель рассматривается чуть ли не как вселенская катастрофа.

Стагнация, мировой кризис, сокращение потребления бензина, переход на экономичное альтернативное топливо – все это факторы, которые от нас не зависят. В связи с победой Обамы программа альтернативного топлива будет реализовываться стопроцентно - это было его предвыборное обещание. Поэтому говорить, что это временное снижение, я бы не стал. Возможно, это тенденция, и тенденция надолго. И ее не смогут остановить даже страны ОПЕК, которые всегда принимают решения о сокращении добычи, а потом друг друга обманывают, так что эти решения мало влияют на мировой рынок нефти.

На самом деле на мировой рынок нефти влияют прежде всего глобальные экономические тенденции. Если мировая экономика растет - нефть растет, если мировая экономика падает - нефть падает. И надо иметь в виду: чем дешевле нефть, тем дешевле рубль. Если нефть будет совсем дешевая, то может быть и курс 40 рублей за доллар, что приведет к гигантскому всплеску инфляции. Особенно это отразится на больших городах, потому что они особенно сильно зависят от импорта, а импорт номинирован в долларах и евро. И если нефть сильно подешевеет, то резко вырастут цены на продукты питания.

Андрей Нечаев, президент банка "Российская финансовая корпорация", министр экономики в 1992-1993 гг.:

Во-первых, это отразится на финансовом положении самих российских нефтяных компаний. С учетом затрат на разведку, добычу и транспортировку у них цена в пересчете на баррель составляет примерно 65 долларов (по крупным компаниям оценки более благоприятные). При существующем налоговом режиме у них точка безубыточности приходится на 45 долларов за баррель. Так что если цена будет и дальше снижаться или хотя бы оставаться ниже 45 долларов, то власти будут стоять перед альтернативой: либо заметное сокращение объемов нефтедобычи, либо дальнейшее снижение налогов на добычу и экспорт нефти с соответствующими последствиями для госбюджета. И тот и другой вариант не очень хороши, но думаю, что они вынуждены будут идти по линии снижения налогов, потому что консервация нефтедобычи - это технически сложное и затратное дело.

Вопрос в том, сколько это продлится. Если кризис затянется надолго, не исключено, что придется пересматривать бюджет как минимум на 2010 год. Все зависит от того, как США будут выходить из состояния кризиса. Это отражается на экономическом положении Китая и Японии - крупных потребителей наших экспортных товаров. И от этого в первую очередь будет зависеть в среднесрочной перспективе цена на российскую нефть.

Колебания валютного курса подавляющее большинство граждан воспринимает просто как привычные экономические новости. Между тем ослабление рубля приводит к тому, что дорожают импортные товары, а это удар по карману для всех, особенно для малообеспеченных слоев населения, которые в значительной степени являются потребителями дешевых импортных товаров, в частности китайских.

Что касается возможности социального взрыва, здесь, разумеется, многое будет зависеть от тех антикризисных мер, которые сейчас принимаются. В целом пока у правительства достаточно денег, чтобы как минимум год выполнять все основные социальные обязательства и различного рода социальными подачками гасить конфликтные ситуации. Социальное недовольство безусловно растет, но пока этот груз тащат на себе в большей степени работодатели, чем власть. На сегодняшний день масштабы социального брожения нынешней власти, к сожалению, не угрожают.

К сожалению, золотой дождь нефтедолларов крайне развращающе подействовал на нашу власть. Я имею в виду, что было упущено время для абсолютно насущных и необходимых для страны реформ. О налоговой реформе, об абсолютно естественных и, на мой взгляд, перезревших мерах премьер Путин заговорил около месяца назад. Я с ними согласен, я их сам предлагал не раз, но почему только сейчас, а не четыре года назад? Упущено время для пенсионной реформы, для реформы ЖКХ, здравоохранения – все это мины замедленного действия, на которые мы сейчас уже наступаем. Причем взрывы будут очень болезненными.

Ощущение, что в экономике и так все хорошо, когда этот золотой дождь льется, психологически понятно, но для людей, принимающих решения, чрезвычайно опасно. Одно желание быть популярными и действительно решать какие-то проблемы в социальной сфере, к сожалению, не решает их по существу. Можно подкидывать денег в рамках нацпроектов на покупку новых автомобилей "скорой помощи" - безусловно, это мера нужная, но она ничего не меняет кардинально в самой системе здравоохранения, которая остается абсолютно неэффективной, чтобы не сказать порочной.

версия для печати