Клуб Граней :
 |
|
Мы растопим этот лед
Статья :
Власти сами поймали себя в ловушку. Они смертельно боятся признать, что "погорячились" и нарушили закон, отказываясь согласовать и разгоняя митинги на Триумфальной. Для них это потеря лица и проявление слабости. Поэтому они продолжают упорно запрещать и разгонять. У них, конечно, достаточно сил, чтобы не допустить нормального, "правильного" проведения митинга с плакатами и речами с трибуны. Но помешать самому выходу людей на площадь они не могут, а все их "действия по противодействию" только усиливают общественный резонанс от акции. Людей раз от раза приходит все больше, а наращивая число задержанных, власти только увеличивают общественную значимость происходящего.
А людей 31 января было действительно заметно больше, чем в предыдущий раз. Оппозиция говорит о тысяче участников, власти называют цифру 300. Но даже если в центре событий действительно было около трехсот человек, на "периферии" образовалось еще несколько отсеченных от "центра" милицейским оцеплением очагов митинга. Так что вполне возможно, что общее число пришедших приближалось к тысяче. Для митинга, про который все знали, что на нем точно будут задерживать, а возможно, и бить, это очень много.
И вот тут мы подходим к главному. Почему оппозиции на этот раз удалось добиться пусть и медленного пока, но верного роста числа людей, выходящих на "серийный" митинг? Ведь до сих пор, как правило, после всплеска общественного интереса к какой-то яркой акции этот интерес быстро падал и повторить первоначальный успех не удавалось. Власти, конечно, помогают, но все сделать за оппозицию они не могут.
Главная причина того, что "Стратегия-31" оказалась притягательной, на мой взгляд, в том, что совершенно верно была выбрана ее "идеологическая составляющая". Инициаторами митингов в защиту 31-й статьи Конституции выступили, как известно нацболы. Но они с самого начала рассчитывали на привлечение всех оппозиционных сил. Причем в первую очередь либеральных. Отсюда и тематика "проекта" (политические свободы — важнейший вопрос для либералов), отсюда и его "символическое оформление": упор сделан на возрождение дорогой для либерально-правозащитной общественности традиции сахаровских "стояний" в защиту Конституции.
И это сработало. В дело включилась группа правозащитников, пусть и немногочисленных, но имеющих высокий авторитет в либеральной среде. Их присутствие позволяет людям либеральных убеждений считать митинги на Триумфальной как минимум "и своими тоже". В этом плане знаковым было присоединение к акции московского "Мемориала" — людей политически осторожных, идеологически щепетильных и к нацболам относящихся весьма критически. Наверное, им было непросто переступить некоторый барьер. И все же переступили. В противовес известной прежней "кричалке" нацболов, о которой постоянно напоминают их недоброжелатели, я бы вспомнил другую, слышанную от них еще на первых общих митингах оппозиции в 2005 году: "Мы растопим этот лед!"
Несколько лет назад участие в акциях совместно с нацболами для людей моего круга было большой проблемой. Лишь немногие с самого начала высказывались за такое участие. Не жалею, что был в их числе. И сегодня любому интересующемуся общественно-политической жизнью ясно, что никакие нацболы не фашисты и не экстремисты. Если, конечно, употреблять слово "экстремисты" в его истинном значении (люди, исповедующие и применяющие насилие в политических целях), а не в том, которым наполняет его нынешняя власть, стирая грань между понятиями "экстремизм" и "радикализм". Разговоры о невозможности стоять на одной площадке с нацболами по идеологическим причинам ныне не более чем камуфляж собственного личного или политического конформизма, то есть либо нежелания схлопотать неприятности, либо расчета подладиться к Кремлю.
За вопросом об отношениях с нацболами стоит более общая проблема: проблема формирования широкого оппозиционного альянса. Правозащитник Евгений Ихлов справедливо отмечает, что только союз левых (антибуржуазных) и либеральных (буржуазно-демократических) сил наподобие народных фронтов XX века смертельно опасен для тирании: "Ни одна диктатура в мире не пережила появления такой объединенной оппозиции".
Попытки формирования такой коалиции у нас наталкиваются на существенные расхождения по вопросам социально-экономическим и в еще большей степени — по международным. Облегчить процесс могут совместные действия в ходе различных гражданских акций. Эти, по словам Ихлова, "не сектантские по духу радикальные инициативы" создают среду, "в которой происходит естественная конвергенция левых и либеральных идеологем", преодолеваются взаимные предубеждения, возникают "симпатия друг к другу и стремление к пониманию". Например, общие действия в поддержку задержанных на митинге значат больше участия в клубных дискуссиях. Конечно, чтобы предъявлять серьезные претензии на власть, нужна какая-то взаимоприемлемая социально-экономическая программа хотя бы на ближайшее время. Но выработать ее после такого совместного опыта будет легче.
Именно в эту точку и бьют нацболы. Причем они, как наиболее активные сторонники идеи широкой коалиции, часто выступают в качестве "моста" между "буржуазными либералами" и не жалующими их традиционными "красными". И в это дело "Стратегия-31" тоже вносит существенный вклад. И глубоко неправы те скептики, которые указывают, что вопрос о свободе собраний слишком абстрактен для обычного человека и этим вопросом широкие массы не поднять. Да, социально-экономические вопросы обязательно встанут, и оппозиция должна будет выдвинуть по ним общую программу. Но "Стратегия-31" готовит для этого почву. И даже хорошо, что ее тематика пока предельно сужена и заострена.
Вывод прост: "Стратегию-31" надо продолжать. И "мы растопим этот лед"!
Олег Орлов:
Статьи по теме :
Волнение с моря
| А также : | Акции протеста Россия Мнения Скобов Политика |
Умерла Валентина Толкунова
