Глубокая и страстная ненависть В. Путина к Западу выходит наружу каждый раз, когда он (а в последнее время это происходит все чаще и чаще), теряя самоконтроль, изливает на своей плебейской фене все, что действительно думает о всех этих друзьях джорджах, герхардах и прочих сильвио.
В. Путин не одинок и не оригинален в своих чувствах. Он всего лишь самая выдающаяся посредственность нашего правящего класса - корпорации российских силовиков, лавочников, ставших долларовыми миллионерами и миллиардерами и остро ощущающих при этом свою неполноценность, вторичность и никчемность как субъектов мировой экономической и политической сцены.
Деды их ждали со дня на день любушку - мировую революцию, отцы - победу в мирном соревновании с капитализмом, а они, теперешние, - крaхa доллара, бегства американцев из Ирака, развала Европейского cоюза, мирового господства Китая, чего угодно, что позволило бы им в своем распаленном выбражении сладострастно втоптать в грязь этот вечно притягательный и вечно ненавидимый ими Запад. Не Запад как таковой заставляет кипеть их разум возмущенный, а низкий собственный статус в его иерархии, несмотря на все добытые непосильным трудом нефтегазовые активы.
Сходные чувства двигали и саудовскими миллионерами и миллиардерами, готовившими и проводившими операцию 11 сентября. На такое идут не из сочувствия к обездоленным арабским массам, а по глубоко личным мотивам.
Однако эмоции эмоциями, а корпорации и ее передовому вооруженному отряду – питерской бригаде - надо решать практическую задачу: остаться во Власти и продолжать распиливать страну и после 2008 года.
Какую бы конкретную организационную форму ни приняла операция-2008 (третий срок, преемник, чрезвычайное положение и отмена выборов), ее идеологическое обеспечение уже определилось. В последние годы политтехнологи власти перед выборами всякий раз апеллировали к каким-то основным инстинктам: 96-й год – искусно нагнетаемый страх перед возвращением коммунистов; 99-й - страх перед терроризмом, мифологема "вставания с колен" и бессмертное "мочить в сортире"; 2003-й - олигархи определенной национальности, ограбившие народ. Каждая из этих мифологем была насквозь фальшива и представляла собой идеологический инструмент одноразового пользования. Так же, как и построенная под нее соответственно одноразовая партия власти. Поэтому и приходится каждый раз повышать ставки.
Теперь нам угрожают уже не просто чеченские террористы и еврейские олигархи, а стоящий за их спиной Запад - США, мировая закулиса, стремящиеся лишить Россию суверенитета, расчленить ее и уничтожить. Фронт проходит через каждую улицу, каждый дом, каждый сортир. Страна - это осажденная крепость, и в ней орудует пятая колонна, в которую автоматически зачисляются все противники В. Путина и тем самым враги России.
Все это прямые цитаты из путиных, сурковых, медведевых и всяких прочих гельмопавловских. Именно так и будут решать они проблему воспроизводства себя во Власти.
"Не позволим лишить Россию суверенитета" на фене питерской бригады означает "не позволим оттащить нас от кормушки властесобственности".
Но это все тексты для внутреннего употребления. Когда же путины-сурковы, утомившись от кремлевских забот, отрываются на встречу с "более опасными, более могущественными традиционными врагами России" где-нибудь на саммите "большой восьмерки" или делятся мыслями с читателями буржуазного журнала "Шпигель", звучат совсем другие речи.
Безукоризненно владея ножом, вилкой и даже специальной вилочкой для устриц, гости из России мягко и терпеливо объясняют своим собеседникам, что им приходится править в отсталой стране, в которой никогда не было демократии в западном понимании этого слова.
"Вы должны понять, господа, что определенное своеобразие, самобытность российской демократии, наши манипуляционные технологии совершенно необходимы. Иначе в этой несчастной стране к власти давно уже пришли бы ужасные зюгановы и рогозины. Мы, питерские прогрессоры, - единственная сила, которая может постепенно, в долгосрочной перспективе привести Россию в лоно западной цивилизации. Этим глупым совкам мы вынуждены говорить, что распад СССР был величайшей геополитической катастрофой века. Но на самом деле мы прекрасно помним наши собственные ощущения того времени. Поверьте господа, мы вместе с вами испытали тогда огромное облегчение, как будто удалось бросить со спины огромного паразита".
Бессмертная финальная сцена "Фермы животных" повторяется вновь и вновь. А как же иначе? Питерской бригаде, так же, как до нее ельцинской семье, очень хочется грабить здесь, а тратить награбленное там. Отсюда и некоторая раздвоенность политического сознания, и, как следствие, глубинные психологические комплексы.
Коллективному путину хочется когда-нибудь, завершив в конце концов свою нелегкую миссию прогрессора, пройтись, небрежно помахивая тросточкой по каннской набережной с коллективным лабрадором Кони, вежливо отвечая на поклоны знакомых и не опасаясь ареста. А встретив старого приятеля, небрежно бросить ему: "Ну что, брат Никита, опять не дали "Золотую ветвь" русофобы, козлы позорные? Не горюй, братан. Кто нас обидит, трех дней не проживет!"
