27 декабря Генпрокуратура РФ распространила устами своего пресс-секретаря Марины Гридневой следующее заявление: "Полученные сведения указывают на связь между уголовным делом Литвиненко и делом по обвинению ряда руководящих сотрудников "ЮКОСа" в совершении преступлений против жизни и здоровья граждан... у следствия есть данные об обнаружении паров ртути, значительно превышающие допустимые нормы в тех местах, где были Литвиненко и Ковтун".
Оба эти утверждения лживы. Первое - потому что нет "уголовного дела Литвиненко". Есть возбужденное в Великобритании дело об убийстве ее гражданина Александра Литвиненко, следствие по которому ведет Скотленд-Ярд. А второе притянуто по принципу "где имение, а где вода?". О парах ртути в этом деле вообще речи нет.
Картина гибели Литвиненко, данные патологоанатомической экспертизы, а также обнаружение отравляющего вещества в местах, где побывал Литвиненко после отравления, в самолетах, которыми перемещался Ковтун, в его пристанище в Гамбурге и в гостинице, где он останавливался в Лондоне, – все это доказывает, что смерть Литвиненко - результат отравления полонием-210.
Зачем нужна эта ложь? Это первый вопрос к российской прокуратуре. От кого и от чего она, совершая этот обманный маневр, отвлекает общественное внимание и переключает его на уже ставшие банальными обвинения по адресу то Березовского, то Невзлина, добиваясь их выдачи России?
Думаю, всей прокурорской рати (не идиоты же они?) ясно, что их требования никогда не будут удовлетворены судом - ни английским, ни любой другой западной страны. Но такой запрос из Москвы - это заблаговременный ответ на запрос от судебных органов Великобритании на выдачу Ковтуна и Лугового (почему-то о нем пресс-секретарь прокуратуры не упомянула), в любой день могущий появиться. Конечно, для них, уже официально объявленных Скотленд-Ярдом подозреваемыми, выдача Лондону была бы лучше, чем пребывание в руках российских органов безопасности. Там их, может быть, и вылечили бы или оттянули конец на неопределенно долгое время. А в Москве исход предопределен. Даже пребывание на больничной койке не избавляет от того, что кратко называется "концы в воду".
И тут возникает второй вопрос к прокуратуре. Он далеко выходит за пределы личной судьбы Ковтуна и Лугового, хотя тут возможен вариант, что Ковтуна будут представлять как жертву преступника Литвиненко. Он касается всех нас. Почему спустя месяц после того как выяснилось, что Литвиненко был отравлен полонием-210 и что прибыл этот строго учитываемый радиоактивный элемент из России, до сих пор не возбуждено уголовное дело и не начато следствие для выяснения, где, на каком реакторе, в какой лаборатории был он украден, куплен или получен по дружбе? Такое малюсенькое, в милли-милли-миллиграмм, оружие реально массового поражения. И не будет ли и в этом вопросе также "концы в воду"?
