Комментарий :

Юлия Латынина, журналист:

Случившееся можно расценить как начало летней кампании боевиков. Это признак того, что Евкуров представляет для боевиков серьезную угрозу, что он действительно с ними борется. И борется он одновременно по трем фронтам: первый - он реально искореняет коррупцию, которая является материальной базой и для боевиков, потому что все зязиковские чиновники платили боевикам. Это не утка, не клевета, это то, что чиновники сами признавали в мечетях - когда Зязикова уволили, они разводили руками и говорили: да, мы платили, иначе бы нас убили.

Следует понимать, что быть боевиком в Ингушетии - это довольно прибыльный бизнес; не такой, конечно, прибыльный, как грабить бюджет, но тоже достаточно прибыльный. Так что помимо дела Аллаха там есть вполне конкретные материальные соображения и вполне конкретные проблемы, которые возникают у боевиков в связи с тем, что у них из-за президента Евкурова иссякла материальная база.

Второе: Евкуров действительно наносит по боевикам точечные удары. В отличие от прежней ситуации, когда, стреляя в любого человека, силовики говорили, что попали в боевика, сейчас можно только сказать, что когда Евкуров уезжает из Ингушетии, силовики нет-нет да кого-нибудь пристрелят не того: кот из дома - мыши в пляс. Но Евкуров жестко контролирует все операции, и случаев, когда убили человека, не причастного к боевикам, мне трудно вспомнить за последние два месяца.

Третье: с боевиками велись переговоры о том, что желающие могут вернуться к мирной жизни или уехать. Понятно, что это тоже не устраивает ни лидеров боевиков, ни силовиков. Трудно сказать, кого это устраивает меньше. Я хочу напомнить эпизод, с которого начались покушения на Евкурова, - декабрь 2008 года, когда Евкуров должен был встретиться с человеком по имени Магомед Аушев - правой рукой лидера ингушских боевиков Магаса. Этому предшествовали другие встречи Евкурова с боевиками или их представителями. На эти встречи он отправлялся один или с братом - такая вот отмороженная храбрость человека, потому что понятно, что боевики могли его просто пристрелить. Он должен был встретиться, насколько я знаю, с Магомедом Аушевым, в связи с этим начался интенсивный радиообмен, Аушев считался мертвым, а на самом деле прятался в Барсуках, и вот при встрече с президентом его силовики хлопнули. А буквально через полтора месяца после этого в Ингушетию заехали трое боевиков с тонной взрывчатки, чтобы устроить масштабный теракт, судя по всему, взорвать и президента вместе со всеми остальными. Случайно они были обнаружены.

Евкуров действительно крайне интенсивно борется с боевиками, что ему гораздо сложнее, чем Кадырову, потому что Кадыров - это человек, который всех боевиков знает и может сказать: ребята, все, давайте опять служить мне. А Евкуров этого сказать не может. Кроме того, Кадыров имел дело с боевиками, которые боролись за свободу Чечни, а Евкуров имеет дело с ваххабитами, борющимися за торжество дела Аллаха. Ему действительно на порядок сложнее. Помимо боевиков, Евкуров должен как-то сдерживать аппетиты российских силовиков, которых совершенно не устраивает, когда приходится работать по опасным точечным целям вместо того, чтобы получать звездочки за массовые убийства.

В этих условиях Евкуров, на мой взгляд, сделал для Ингушетии гораздо больше, чем можно было ожидать. Гораздо меньше, чем нужно, потому что там крайне запущенная ситуация, но больше, чем можно было ожидать.

Николай Силаев, старший научный сотрудник Центра кавказских исследований МГИМО:

Судя по тем новостям, которые приходят из Ингушетии с момента, когда президентом стал Евкуров, можно сказать, что с одной стороны, спецопераций против боевиков стало не меньше, если не больше, а с другой стороны, гораздо меньше стало скандалов, связанных с гибелью людей, заведомо не виновных в результате спецопераций, с исчезновением людей, и т.д. На мой взгляд, это свидетельствует о каком-то повороте, насколько устойчив и серьезен этот поворот – я не знаю, но тем не менее он все-таки произошел.

Одно то, что Евкуров добился прекращения того внутреннего конфликта, который существовал в республике во время президентства Зязикова, я имею в виду противостояние небольшой группы оппозиции (Сайт Ингушетия.ру – Ред.) и президента, это было большой заслугой. Он этого добился. Что касается борьбы с коррупцией, пока трудно говорить о каких бы то ни было устойчивых результатах. Самое главное, что борьба с коррупцией все равно ведется в режиме ручного управления, т.е. не за счет каких-то системных решений, а за счет решений кадровых, решений административных. Видимо, Евкурову таким путем удастся снизить уровень коррупции, но вопрос о том, насколько это улучшение будет системным, остается открытым.

Мне кажется, что Евкуров – это одно из самых удачных, если не самое удачное кадровое решение Москвы на Северном Кавказе. Но проблема в том, что те успехи политики Кремля в регионе, которые в последние годы наметились – я имею в виду назначение Арсена Канокова президентом Кабардино-Балкарии, назначение Юнус-Бека Евкурова, в меньшей степени – новый президент Карачаево-Черкесии Борис Эбзеев – все эти постепенные сдвиги и улучшения происходят за счет кадровых решений, но не за счет решений институциональных. И эта особенность делает эти успехи уязвимыми. В свое время гибель Ахмата Кадырова стала для Чечни и для чеченского урегулирования переломным моментом, так и здесь все слишком зависит от этого человека – сколь бы талантливым и порядочным он ни был, это еще не есть гарантия достижения прочного результата.

Если говорить о сегодняшнем покушении, это очередной сигнал о том, что успехов надо достигать за счет более прочных механизмов, за счет институциональных механизмов.

Магомед Хазбиев, член экспертного совета при уполномоченном по правам человека в России:

Конечно, с политикой силового решения вопросов я не соглашусь никогда. Убийство ингуша – любого, кем бы он ни был, – не могут оправдать никакие блага на земле. Никакие перспективы республики не сравнятся с ценностью жизни ингуша, нас и так мало, и нас убивают каждый день.

Но Юнус-Бек Евкуров от своего предшественника Мурата Зязикова отличается как небо от земли – мужеством, чувством долга, всем отличается. Он борется с боевиками и с коррупцией, это правда. Любой взрыв, любой теракт и сегодняшнее покушение на президента – это плоды политики Зязикова. Гражданскую войну в республике начал он, обворовывал федеральный бюджет тоже он, и ни для кого не секрет, что Мурат Зязиков лично спонсировал боевиков.

У всего, что творится в республике, один след – Мурат Зязиков. И за покушением на Евкурова, конечно, могут стоять "абстрактные" боевики, но кто этих боевиков породил, кто довел ситуацию в республике до критической? Почему мировое сообщество или хотя бы Россия не дают оценку действиям преступника, который начал все это?

Дословно :

Геннадий Гудков, зампред комитета Госдумы по безопасности

Евкуров пересек дорогу очень многим коррупционерам и преступникам, которые извлекали преимущество из той ситуации, которая в Ингушетии была. Его правильные и грамотные действия привели к тому, что ситуация стала меняться и он пользовался поддержкой народа. Он начал наводить порядок, который не понравился людям, бесцеремонно грабящим народ. Ему отомстили те, кто почувствовал, что его действия задевают их материальные интересы. Таким образом они решили дестабилизировать ситуацию в республике. Евкурову сейчас надо помочь встать в строй. Это первое. А второе, нужно провести тщательное расследование. И, естественно, усилить агентурно-оперативные, розыскные меры по наведению порядка в республике.

ГТРК "Голос России", 22.06.2009

Дословно :

Дмитрий Медведев, президент России

Сегодня произошло преступление - акт посягательства на жизнь президента Ингушетии. Это, конечно, следствие той работы, которую вел и ведет президент соседней республики, близкой, братской республики по наведению порядка, уничтожению бандитов. Я считаю, что эта работа должна быть продолжена для того, чтобы те, кто такого рода действия совершают, понимали, что ответ будет прямой и жестокий.

"Эхо Москвы", 22.06.2009